Читаем Возрождение полностью

Именно неистощимый Арнольфо ди Камбио в 1294 году начал строительство францисканской церкви Санта-Кроче, или Святого Креста, а в 1298 году — самого прекрасного здания Флоренции, Палаццо делла Синьория, известного последующим поколениям как Палаццо Веккьо. Церковь была закончена в 1442 году, за исключением фасада (1863); Дворец Синьории, или Старый дворец, был завершен в основных чертах к 1314 году. Это были годы изгнания Данте и отца Петрарки, расцвет фракционных распрей, поэтому Арнольфо построил для Синьории не дворец, а крепость, а крышу оформил машикулями, в то время как уникальная кампанила разнообразным звоном своего колокола созывала горожан в парламент или к оружию. Здесь отцы города (priori, signori) не только управляли, но и жили; о нравах того времени говорит закон, согласно которому в течение двух месяцев пребывания в должности они не должны были покидать здание ни под каким предлогом. В 1345 году Нери ди Фьораванте перекинул через Арно один из знаменитых мостов мира — Понте Веккьо, ныне потрескавшийся от возраста и многочисленных войн, но все еще шатко держащий на себе нетерпеливый транспорт и двадцать два магазина. Вокруг этих гордых достижений флорентийского гражданского духа, на узких улочках, ведущих от собора и площади Синьории, высились пока еще скромные особняки беспокойных богачей, благородные церкви, превращавшие золото купцов в искусство, шумные лавки торговцев и ремесленников, переполненные жилые дома трудолюбивого, мятежного, возбужденного, умного населения. В этом неистовстве эгоизма родилось Возрождение.

Именно во Флоренции итальянская литература достигла своих первых и величайших триумфов. Там Гинизелли и Кавальканти в конце XIII века придали сонету законченную форму; не там, но стремясь к этому, флорентиец Данте ударил по первой и последней истинной ноте итальянской эпической поэзии; там Боккаччо создал высшее произведение итальянской прозы, а Джованни Виллани написал самую современную из средневековых хроник. Посетив Рим на юбилей 1300 года и потрясенный, подобно Гиббону, руинами могущественного прошлого, Виллани некоторое время думал о том, чтобы записать его историю; затем, решив, что Рим уже достаточно помянут, он вернулся в родные места и решил «собрать в этот том… все события города Флоренции… и полностью изложить деяния флорентийцев, а также кратко рассказать о примечательных делах остального мира».36

Он начал с Вавилонской башни и закончил на пороге Черной смерти, в которой и умер; его брат Маттео и племянник Филиппо продолжили историю до 1365 года. Джованни был хорошо подготовлен; он происходил из процветающей торговой семьи, владел чистой тосканской речью, путешествовал по Италии, Фландрии и Франции, трижды служил приором и один раз — мастером монетного двора. Он обладал необычным для того времени пониманием экономических основ и влияния истории и первым начал солить свое повествование статистическими данными о социальных условиях. Первые три книги его «Хроник Фиорентины» — это в основном легенды; но в последующих книгах мы узнаем, что в 1338 году во Флоренции и ее внутренних районах проживало 105 000 человек, из которых семнадцать тысяч были нищими, а четыре тысячи — на государственном обеспечении; что в городе было шесть начальных школ, в которых обучалось десять тысяч мальчиков и девочек, и четыре гимназии, в которых шестьсот мальчиков и несколько девочек изучали «грамматику» (литературу) и «логику» (философию). В отличие от большинства историков, Виллани включал в свои статьи сообщения о новых книгах, картинах, зданиях; редко какой город был так непосредственно описан во всех сферах его жизни. Если бы Виллани объединил все эти этапы и детали в единое повествование о причинах, явлениях, личностях и следствиях, он бы превратил свою хронику в историю.