Читаем Возраст ноль (СИ) полностью

На подозрении родственников оказалось около двух десятков магов. Дело оставалось за малым - обеспечить мне с ними встречу.

Нужным нам человеком оказался Вагнер Графф, маг-полукровка без определенных занятий, выпускник Хаффлпаффа 1946 года. Пикантная деталь - член Ордена Феникса.

Память мистера Граффа содержала интересные воспоминания, особенно интересными были те, что оказались закрыты обетами. Ментальная магия в сочетании с магией иллюзий - страшная сила: маг охотно делился информацией с, как ему казалось, самим собой.

Случившееся во время турнира - личная инициатива Граффа. Он случайно наткнулся на сбежавшего из-под «империо»-сной опеки отца Барти Крауча. У мистера Граффа всегда был запас зелий, оказывающих ментальное воздействие, и ему показалось перспективным отправить того в школу с заданием обеспечить участие и победу в Турнире Гарри Поттера, который в финале должен был быть отправлен в место с определенными координатами. Графф даже не был уверен, что Краучу удалось проникнуть в школу, но, узнав о четвертом чемпионе, выбранном кубком, он решил, что все идет по плану. Маги на кладбище должны были доставить к нему Поттера, количество участников требовалось, чтобы попытаться сбить со следа авроров. «Наш» участник акции, воспоминания которого вывели на Граффа, таких подробностей не знал. После обработки памяти Гарри должен был вернуться в школу. Барти и измененные воспоминания Поттера должны были поставить под подозрение пожирателей смерти. Дамблдор о плане не знал. Храни Мерлин от таких инициативных подчиненных.

Убедившись в отсутствии серьезной угрозы, оба мага со слегка подправленной памятью были отпущены на свободу. Не хватало еще в Аврорате объяснять источник сведений. Снейп предлагал намекнуть Аластору Муди, кто виноват в приключениях старого аврора, но предложение было отвергнуто его собеседниками-гуманистами.

***

Мой четвертый курс начался с известий о новой инициативе Министерства - назначении министерской школьной инспекции, возглавляемой нашим новым учителем ЗОТИ Долорес Амбридж. Эта чудесная женщина одним своим видом произвела впечатление еще на праздничном ужине в Большом зале.

После ее приветственной речи ученики начали заключать пари на то, когда в этом году многострадальный предмет начнет вести снова Аластор Муди. Самым оптимистичным слизеринцем оказался Гарри Поттер, поставивший на начало второго семестра, остальные ограничивались сроками, не превышающими трех месяцев.

Сложно было представить что-либо более нелепое в кабинете ЗОТИ, чем дама неопределенного возраста в розовом костюме с кокетливой розой в прическе. И ученики, и портреты на стенах были в этом абсолютно единодушны.

Наш факультет довольно спокойно отнесся к новому преподавателю. Она прекрасно вписывалась в череду странных учителей ЗОТИ, я даже предположила, что министерство и Дамблдор нашли общий язык, т. к. мисс Амбридж полностью соответствовала его взглядам.

Пару часов в неделю почитать на уроке учебник было не очень сложно. Все равно в подготовке к экзамену никто на школьный курс не рассчитывал. К концу недели все ученики Слизерина на всякий случай записались еще на факультатив «Искусство защиты».

Больше всех расстраивались ученики Гриффиндора. К концу первого дня около двадцати гриффиндорцев были приглашены на отработку к новому преподавателю. К ним присоединился и мой младший (среди братьев) братец-хаффлпаффовец, который на фразу «вам не нужна практика, т. к. Министерство вас защищает» догадался спросить, где можно узнать имя сотрудника Министерства, который должен защищать именно его.

Пришлось немного применить ментальную магию к брату, чтобы запретить ему под любым предлогом использовать кровавое перо или позволять причинять себе любой иной вред.

На отработке, где, действительно, ученикам выдали кровавые перья, мой отважный брат попросил разрешения обратиться к мисс Амбридж как к главе инспекции, а после разрешения сформулировал жалобу на преподавателя ЗОТИ, применяющего к ученикам пыточные методы, при этом не забыв попросить школьного эльфа Тилли зафиксировать его заявление с помощью своей магии. Перья заменили обычными.

Мисс Амбридж не очень лояльно относилась к представителям магических народов, хотя открыто заявлять о своем отношении не решалась, учитывая, что только в прошлом году Министерство признало их права. Что не мешало ей каждый раз шарахаться, встречаясь в коридоре с кентавром, в этом году начавшим преподавать у двух старших курсов прорицания, или вампиром, преподавателем древних рун.