Читаем Возраст ноль (СИ) полностью

- Ну, мне было грустно, что жизнь наверняка талантливого и перспективного мага, последнего представителя рода, сопровождалась страхом и ненавистью и так бесславно окончилась. Что после него не осталось даже кучки пепла. Это практически дословно. А потом появилась магия.

- Что же, я надеюсь, жалость ребенка не позволит возродиться Темному Лорду вновь. Чтобы оставить после себя память, - прокомментировал Сириус.

- Я недостаточно сильная волшебница, чтобы такие вещи могли произойти по моему желанию!

- София, здесь место силы. А после проведения ритуала вообще каждый дюйм должен фонтанировать магией. Боюсь, что все, что здесь сейчас произошло, может иметь серьезные последствия, - не оценила моего оптимизма леди Блэк.

После небольшой паузы лорд Малфой вдруг начал закатывать левый рукав своей мантии. Я с недоумением уставилась на него.

- Как метка? - поинтересовалась леди Блэк.

Лорд Малфой с невозмутимым выражением лица продемонстрировал всем абсолютно чистое предплечье. Все вздохнули с облегчением.

Гоблин предложил помощь банка в определении статуса Лорда. Гоблины всегда могли определить, жив их клиент-маг, мертв окончательно или скорее мертв, чем жив. Он вовсе не был настроен пессимистически.

В Гринготтсе подтвердили, что ни Том Риддл, ни Лорд Волдеморт не имеют иного статуса, кроме «мертв». Объяснять последствия свидетельства магии они не стали, хотя, как я подозревала, догадывались, в чем дело.

***

Об исчезновении метки Волдеморта министр узнал достаточно быстро. Новости об этом в дом Блэков принес, конечно же, лорд Малфой.

Через несколько дней после ритуала сотрудники отдела тайн были приглашены в Азкабан для выяснения причин волнений среди узников - сторонников Лорда. Начальник охраны тюрьмы решил заручиться помощью начальства, а главный аврор - привлечь главу отдела тайн, потому как все, что имело отношение к Темному Лорду, требовало всевозможной проверки.

Министр решил, что не стоит делать сенсацию из произошедшего, а следует просто делать вид, что все нормально: исчезновение метки было делом времени, в чем министерство и не сомневалось. И спасибо магии, что все случилось именно так: наличие у сторонников Волдеморта метки помогло обезвредить многих из них, доказав факт причастности к преступной организации. Примерно эту реакцию решили выдать, если факт станет достоянием общественности. Все рядовые сотрудники, узнавшие о происшествии, были подвергнуты корректировке памяти или принесли магическую клятву о неразглашении.

Понять, зачем министру потребовались такие сложности, у меня не получилось. Если только посмеяться над Дамблдором (шутка, в долгую неосведомленность директора я не верила).

Хотя сам Дамблдор впечатление человека осведомленного не производил. У нас дома в силу моей большой занятости учебой мы пересекались редко. Но, судя по разговорам родителей, он все еще был уверен в возвращении Волдеморта.

Профессор Квиррелл был госпитализирован в клинику Святого Мунго. В день проведения ритуала он, находясь в коридоре Хогвартса, внезапно потерял сознание. Его предмет до момента выздоровления преподавателя взялся вести бывший аврор Аластор Муди. Из состояния магической комы Квиррелла смогли вывести только к середине второго семестра. В школу он так и не вернулся. Среди школьников ходили слухи, что его встречали в магическом районе Лондона, он был здоров, свеж и выглядел абсолютно довольным жизнью. Мнения школьников расходились. Кто-то считал, что в Мунго его вылечили, от чего тот и счастлив. Другие считали, что он окончательно свихнулся.

***

Миссис Трэвис-Хинл настояла, чтобы мы с лордом Пруэттом посетили магическую часть Багдада. Она отвела нас к мастеру Аль-Эрилю, занимающемуся созданием артефактов, в том числе магических проводников силы. Он делал и волшебные палочки, но на востоке больше было принято использовать для этих целей драгоценности. Мастер Аль-Эриль не использовал очков или иных приспособлений для истинного зрения. Он был видящим и спокойно отнесся, когда я сама непроизвольно «провалилась» в соответствующее состояние и начала изучать его. Его полностью раскрытый дар и многовековой (в чем я не сомневалась) опыт позволяли видеть и понимать намного больше меня.

Мастер Аль-Эриль создал для меня перстень с огромным невероятно красивым голубым бриллиантом. Даже не так - Перстень. Он стал для меня и «волшебной палочкой», и персональным перстнем наследника. Он был удивительный, я часами могла рассматривать, как органично в магические плетения перстня вплетается магия рода.