Читаем Возмездие полностью

– Насчет значительно – это ты преувеличива­ешь, Ева. Только у меня по Нью-Йорку зареги­стрировано штук двадцать таких.

– Все же мы теперь знаем больше, чем сна­чала.

– Пожалуй, ты права. – Он повернулся к ней. – Скажи, Пибоди с Макнабом смогут пару дней вести весь поиск?

– Конечно. А потом вернется Фини.

– Видишь ли, экспертиза по Дженни законче­на. Сегодня днем выдадут тело.

– Да?

– Ева, я хочу, чтобы ты поехала в Ирландию со мной. Понимаю, сейчас это не очень удобно, но я прошу о двух днях.

– Это невозможно. Как же я оставлю…

– Я не могу ехать без тебя. – Он смотрел на нее пристально. – Не могу улететь за три тысячи миль. А что, если этот ублюдок снова на тебя на­падет? Мне необходимо, чтобы ты поехала со мной. Я уже обо всем договорился. Мы можем отправиться через час.

Ева отошла к окну – ей не хотелось, чтобы он заметил ее усмешку. Наверное, нечестно скры­вать от него, что она сама хотела просить его се­годня же отправиться с ней в Дублин. Но раз все так складывается…

– Это важно для тебя?

– Да, очень.

Она обернулась и улыбнулась ему.

– Тогда я пойду собираться.

– Мне будет нужна вся поступающая инфор­мация. – Ева расхаживала по салону личного самолета Рорка и говорила с Пибоди по сотово­му телефону. – Все шифруйте и посылайте мне в отель.

– Я сейчас прорабатываю автомобиль. В Нью-Йорке зарегистрировано около двухсот штук этого года выпуска.

– Проверьте каждый. – Ева сосредоточенно наморщила лоб. – Главное – не упустить ника­кой мелочи. Похоже, туфли у него были новые. Компьютер сможет определить размер. Проверьте туфли, Пибоди.

– Вы хотите, чтобы я проверила туфли?!

– Я же сказала. Продажа этой модели за пос­ледние два – нет, три месяца. Вдруг нам повезет?

– Вера в чудеса очень успокаивает, лейтенант.

– В детали, Пибоди! Надо верить в детали. Сопоставьте эти данные с данными по продаже статуэток и не забудьте про пальто. Макнаб рабо­тает над блокиратором?

– Сказал, что да. – Голос у Пибоди стал офи­циальным. – Я уже два часа не имею от него из­вестий. Он должен был пообщаться с человеком из отдела исследований «Рорк Индастриз»,

– Ему передайте тот же приказ. Всю инфор­мацию шифровать и пересылать мне.

– Слушаюсь, мэм. Пару раз звонила Мэвис. Соммерсет сказал ей, что вам прописали постель­ный режим и запретили принимать посетителей. Доктор Мира тоже звонила. Она прислала цветы.

– Да? – Ева была приятно удивлена. – На­верное, надо ее поблагодарить. Черт, насколько больной меня объявили?

– Тяжело больной, Даллас.

– Фу, как противно! Этот ублюдок небось ра­дуется. Ничего, радоваться ему еще недолго. Най­дите все, что сможете, Пибоди. Через сорок во­семь часов я вернусь, и мы его накроем.

– Я вспомнила одну пословицу, мэм: «Размах­нувшись молотком, не попади по пальцам».

– Свои берегите! – огрызнулась Ева и закончила беседу.

Сунув телефон в карман, она взглянула на Рорка. Весь полет он сидел, погруженный в свои мысли, и почти не разговаривал с ней. Ева не могла решить, не пора ли сказать ему, что она уже связалась с дублинской полицией и договорилась о встрече с инспектором Кэтрин Фаррел.

Она села напротив него, положив ногу на ногу.

– Ну, так ты поведешь меня на экскурсию по местам своей юности?

Ева рассчитывала, что он хотя бы улыбнется, но Рорк просто перевел взгляд с иллюминатора на нее.

– Они не особенно живописны.

– Возможно, в списке достопримечательнос­тей их и нет, но, пожалуй, не повредит пообщать­ся с твоими давнишними друзьями.

– Трое из них мертвы.

– Рорк…

– Нет! – Злясь на самого себя, он поднял руку. – Ладно, нет смысла все время думать об этом. Я тебя отведу в «Свинью и Грош».

– В «Свинью и Грош»? – воодушевилась Ева. – Жена Бреннена говорила, что он часто туда загля­дывал. Это бар, да?

– Паб. – Рорк наконец-то улыбнулся. – Об­щественный и культурный центр нации, которая с материнского молока сразу переходит на пор­тер. И еще тебе надо побывать на Графтон-стрит. Я там лазил по карманам. Кроме того, мы побро­дим по темным переулочкам в Южном Дубли­не – там я перекидывался в картишки, пока не устроил свое казино у Джимми О'Нила, в комна­тенке за мясной лавкой.

– Карты и кости?

– Не только. Еще и контрабанда. Предпри­ятие, заложившее основы «Рорк Индастриз»! – Он наклонился к ней, – К сожалению, несмотря на приобретенный опыт, я позволил украсть свое сердце одной даме из полиции. После чего мне пришлось резко изменить образ жизни.

– Не во всем…

– Во многом. – Он засмеялся и, взглянув в иллюминатор, увидел Дублин. – Ну вот» мы и у цели. Посмотри, как сияют в закатном солнце мосты. А как прекрасен Дублин вечером!

Час спустя, когда они в лимузине ехали из аэропорта, Ева имела возможность в этом убе­диться. Она всегда думала, что Дублин похож на Нью-Йорк – шум, толкучка, суета. Город дейст­вительно был оживленным, но главное – он ка­зался на удивление жизнерадостным. Изогнутые арки мостов, огромные разноцветные двери до­мов… И, хотя стоял ноябрь, повсюду цвели цветы.