Читаем Восстание Персеполиса полностью

- Еще нет, - сказал он. - Должен признаться, мне бы хотелось, чтобы те мудаки не пытались убить этого парня, Сингха.

- Или чтобы сделали работу получше, - сказала Наоми, а в животе Холдена дернулась тревога. Не следит ли служба безопасности за их комнатой? На кой чёрт они попёрлись сюда, угодив прямо в тюрьму? Наоми читала все это на его лице.

- Извини, - сказала она, отчасти ему, отчасти - микрофонам, которые могли быть или не быть здесь. - Плохая шутка.

- Полагаю, это снимает консультационные контракты с повестки дня.

- Похоже на то. И Титан.

- Вот жалость. Мне бы понравился Титан.

- Выйди мы на неделю раньше, - сказала Наоми. - И всё было бы иначе.

- Да, - сказал Холден. Лапша пад тай была густой и горячей, и пахла почти так же, как пахла бы лапша с настоящими лаймами и арахисом. Почти, да не совсем. Он опустил вилку. - Я не знаю, что делать.

- Ешь, - сказала Наоми. - А когда закончишь, прими со мной душ.

- Серьезно? - сказал он. Она подняла бровь и улыбнулась.

Дальше они ели молча. Он хотел добавить немного музыки для фона, и даже потянулся за своим ручным терминалом, но вспомнил, что тот мертв. А потом Наоми сложила тарелки и вилки в переработчик, и обхватив его запястье, потянула его в ванную. Она медленно раздевалась, а его тело отвечало ей, несмотря на стресс и страх. А может, благодаря им. Вожделение и тревога смешались, превратившись во что-то вмещавшее больше одного оттенка отчаяния. Пока он раздевался, она настроила температуру воды, и они стояли там, обнимая друг друга под теплым каскадом, заливавшим изгибы их тел, образовывая лужицы и водоемы. Она опустила голову ему на плечо, и её губы оказались напротив его уха.

- Теперь поговорим, - промурлыкала она. - У нас пятнадцати минут до того, как нормирование отключит воду.

- Ох, - сказал он. - А я то думал, всё дело в моем мужском очаровании.

Она осторожно прихватила его в чувствительном месте.

- Это тоже, - сказала она, и смех в её голосе был лучшим событием за последние несколько дней. - Нам нужен какой-то реальный план. Не знаю, что будет с нашими деньгами. Комната снята только до конца недели, и я не знаю, останется она за нами, или нас тут же вышвырнут. Или что-нибудь еще, серьезно. Только не в такой момент.

- Надо вернуться на Роси, - сказал он.

- Может быть, - сказала Наоми. - Только если это не привлечет лишнего внимания к ребятишкам. Может быть не к добру, если Джеймс Холден с Росинанта снова окажется в строю. Если, конечно, ты не хочешь быть частью этой драки.

- Думаешь, мы влезем в драку?

Она переступила с ноги на ногу, и их тела лениво скользнули под струи воды.

- Что бы сказала Авасарала? - спросила Наоми.

Холден погладил её маленькую спину, обнял, осторожно притянул к себе. Нежно поцеловал.

- Что Губернатор Сингх облажался, - сказал он мягко. - Что закручивание гаек с такой жестокостью, это признак страха.

- Точно, - сказала Наоми. - Люди, которые пришли за ним, были мудаками и дилетантами. Настоящее подполье впереди, и вот там будут профессионалы. И если мы с тобой будем держать нос по ветру, очень, очень внимательно, мы сможем не вляпаться во всё это. Но если свяжемся с командой, безопасники могут решить, что мы собираем всю банду вместе.

- Ладно, оставим их в покое. И что, полностью погрузимся в нашу новую жизнь военных беженцев?

- Или пошлем всё к черту, соберем банду, и умрем все вместе как диссиденты.

- Я бы так хотел, чтобы Титан все еще был в этом списке вариантов.

- Дождись вчерашнего дня, милый.

Он положил голову ей на плечо. Прокаркало предупреждение о водной норме. Только первое. Время ещё есть.

- Почему мне кажется, что меня все это бесит больше, чем тебя? - спросил он, и почувствовал щекой её улыбку.

- Ты новичок здесь, - сказала она. - А я Астер. Безопасность цепляется к тебе, только потому что может? Пропускные пункты, и проверки личности? Можно закончить в переработчике, по любой причине, или без причины? Я выросла с этим. Как и Амос. Я никогда не хотела вернуться к такому, но я знаю, как всё устроено. Детские воспоминания, sa sa que?

- Да уж, дерьмо.

Она провела рукой по его спине и оттолкнула назад. Стена была холодной. Её поцелуй был грубым и сильным, и он ответил на него с такой страстью, какой не было уже давно. Когда они оторвались друг от друга, чтобы глотнуть воздуха, глаза Наоми были жесткими. Почти сердитыми.

- Если мы это сделаем, - сказала она, - это будет уродливо. У нас нет оружия, нет планов, и я не вижу способа победить.

- Я тоже, - сказал он. - И я не вижу, как мы сможем остаться в стороне.

- Значит собираем банду?

- Да. А ведь мы были так близки к тому, чтобы уйти.

- Были, - сказала она.

Предупреждение нормирования прозвучало более требовательно. Холден почувствовал, как огромная волна непонятно эмоции поднимается в груди. Печаль, или гнев, или что-то еще. Он отключил воду. Белый шум, защищавший их от прослушки, стих. От мягкой прохлады испаряющейся воды побежали мурашки. Глаза Наоми были мягкими, тёмными и бесстрашными.

- Пойдем в кровать - сказал он.

- Конечно - ответила она.