Читаем Воспитанница любви полностью

– Да, должно быть, – смущенно ответила Вера.

– Ну и ладно. Пришлю горничную, поможет тебе. Ну а после пожалуй к столу, завтракать. Там и поговорим. Дивно: полсвета обрыскали, а ты под боком оказалась.

Она удалилась величественной походкой. Не успела Вера опомниться от столь неожиданного визита, как в комнату ворвалась… Дуняша!

– Барышня! Как я рада-то! Истинный Бог, душа изболелась! Страху-то натерпелись! Рыбонька моя…

Они бросились в объятия друг друга, как сестры после долгой разлуки.

– Как ты здесь, Дуня? – спросила Вера, когда первые восторги стихли. – Я полагала тебя в Италии, с княгиней.

– И, барышня! Много в деревню не сослали за ваш побег, куда там Италия! Малашка и поехала.

– А где я теперь? – У Веры на языке вертелось множество вопросов. – Чей это дом?

– В Петербурге, в доме Варвары Петровны. Ой, сколько же мы не виделись! – Дуняша продолжала причитать, помогая барышне затянуть корсет.

– Скажи же, – еле выговорила девушка, силясь унять взбесившееся сердце, – Андрей Аркадьевич тоже здесь?

– Нету. Ой, мне не велено болтать. Сами они все расскажут.

– Но, Дуня! – умоляя, взывала Вера, однако горничная закрыла уши руками:

– Не спрашивайте, барышня! Варвара Петровна убьет меня! Страсть как боюсь я их!

Они завершили туалет, и Вера предстала перед роскошным трюмо. На нее глянула чужая изящная красивая юная дама с печальными глазами. Она вздохнула. Вольского здесь нет… Что все это значит? Вера робела перед Варварой Петровной и невольно оттягивала момент встречи с ней. Уж и Дуня тормошит и торопит, а Вера все еще задумчиво смотрит на себя в зеркало, не видя отражения.

– Поспешите, барышня. Они не любят, когда к завтраку опаздывают!

Юная красавица еще раз тяжко вздохнула и последовала за горничной.

Огромная столовая была убрана со вкусом и всевозможной роскошью. На длинном столе сверкали серебряные приборы, хрустальные графины и штофы, севрский фарфор. По стенам висели картины, лакеи в золоченых ливреях разносили легкие кушанья. Все это великолепие возглавляла величественная Варвара Петровна. За столом угощались несколько невзрачных особ, с которыми хозяйка обращалась довольно накоротке. Верно, это были постоянные обитатели дома, компаньонки, приживалки, коими обычно полны барские дома в Москве. Хозяйка и здесь, в чопорном петербургском доме, завела московские обычаи. Войдя в столовую, Вера присела в знак приветствия.

– Однако ты замешкалась, сударыня, в самый раз к концу трапезы поспела, – недовольно отметила Вольская и указала девушке стул, на который та послушно опустилась.

Лакей беззвучно, как тень, откуда-то из-за ее спины подал на тарелку изысканные паштеты, спаржу и что-то еще, чему Вера и названия не знала. В высокий зеленый фужер в виде тюльпана было налито вино. Бывшей воспитаннице пришлось припомнить навыки, полученные в доме княгини Браницкой. Ей удалось скрыть дрожь и держать вилку твердо. Вера не чувствовала голода, однако, едва попробовав кушанье, поняла, насколько пуст ее желудок. Неведомо, сколько часов или дней провела она без пищи. Силясь не хватать еду с жадностью, а вкушать с достоинством, Вера ждала, когда же Варвара Петровна обратится к ней и разъяснит столь странные происшествия.

Однако хозяйка не спешила открывать секреты. Она разглядывала Веру, ровно в лавке приценивалась к товару, и все вопросы застывали на устах юной гостьи.

– Ты удивлена? – наконец нарушила молчание Варвара Петровна. – Спрашиваешь себя, что здесь делаешь, в моем доме?

Вера робко кивнула:

– Да, мадам.

– Не буду пытать твое любопытство… – Она отпила из бокала вина. – К тому же после завтрака тебя велено доставить домой.

– Домой? К генералу? – обрадовалась Вера.

Вольская нахмурилась:

– Какой такой генерал?

– Я служила у них гувернанткой, – пролепетала испуганная девушка.

– Да, с твоим прошлым теперь жди беды. Какие еще сюрпризы оно готовит? – вздохнув, проворчала хозяйка. – Нет, сударыня, домой – это к твоему опекуну.

– Кто он? – вздрогнула Вера и вся обратилась в слух.

Варвара Петровна подняла брови:

– А ты и не знаешь? Князь Браницкий, кто же еще!

– Князь – мой опекун? – ахнула Вера.

Теперь ей этот факт представился очевидным. Как она прежде не догадалась? Осталось неясно другое.

– Но почему вы?..

Вольская насмешливо улыбнулась:

– Как ты понимаешь, не из-за твоих прекрасных глаз я оставила дом и бросилась на поиски, явилась сюда, хотя не терплю Петербурга и этого дома – держу его для сына!

– Которого сына? – неосторожно спросила Вера и тотчас сжалась, как от удара, под бешеным взглядом Варвары Петровны.

– У меня только один сын! Андрей имя ему, коли ты запамятовала.

Она справилась с гневом и продолжила рассказ. То, что услышала Вера, привело ее в сильнейшее волнение. Она забыла о недоконченных кушаньях и обо всем остальном. Вот что поведала Варвара Петровна.