Читаем Воспитание к свободе полностью

Когда в восьмом классе на уроке истории обсуждается развитие современной промышленности, то очень уместно в это время на уроках химии заняться металлом, который наряду с золотом, играл очень весомую роль в жизни всего человечества, а именно — железом. Машиностроение и современная промышленность могли развиваться только в той мере, в какой это позволяли производство железа и технология получения черных металлов. Без отражательной печи, которую Корт изобрел в 1783 — 1784 году, вряд ли можно было бы говорить о раннем промышленном развитии в Англии, без современных методов получения стали (бессемеровский процесс 1858, мартеновский процесс 1865, томасовский процесс 1878) мы не смогли бы построить ни океанских лайнеров, ни железнодорожной сети, ни автомобилей, ни современного сельского хозяйства, ни крупных городов. Каждому человеку следовало бы знать, как в доменной печи из железной руды получается железо, хотя бы принцип этого процесса.

Доменная печь (Нью-Йорк).

Марс, бог железа, взирает на Манхэттен. Рисунок возник спонтанно, как реакция на рассказ о роли железа в современной жизни (Нью-Йорк).

Небесные явления, как мы их видим

Правда ли, что дети чувствуют себя во Вселенной «как дома» в наше время из-за того, что они рано знакомятся с результатами современных космических исследований?

На первый взгляд это неоспоримо. Они «знают», как правило, о Луне, Марсе и Венере и обо всей нашей Солнечной системе несравнимо больше, чем их ровесники знали, скажем, всего лишь 25 лет назад. О том, что расстояние до неподвижных звезд исчисляется «световыми годами» и что границы Вселенной неизвестны, они уже тоже наверняка слышали. Но в какой степени, собственно, можно чувствовать себя дома во Вселенной, какой ее знает современная астрономия?

Существует современное эпическое произведение в стихах, в котором проблематика космических полетов расписывается с редкой фантазией — «Аниара» шведского поэта Харри Мартинсона. «Аниара» — это гигантский космический корабль, который должен доставить несколько тысяч людей с зараженной после атомной войны Земли на уже обжитый Марс. Но из-за дефекта в конструкции он сходит с курса и несется во Вселенную навстречу созвездию Лиры. Корабль пролетает мимо шлаковидных обломков планет и потухших солнц. Для людей на борту космос — это бесконечное кладбище, по которому их трупы будут двигаться к далекой цели еще в течение 15 миллионов лет.

Из такого «рассказа» становится понятным, как на нас и прежде всего на наших детей воздействуют эти постоянные сообщения о космических полетах. Эффект двойственен. С одной стороны, обаяние фактов непреодолимо влечет нас в этот мертвый мизантропический мир, в котором мы сами могли бы физически существовать только в самых неестественных условиях. А с другой стороны, мы как бы понемногу удаляемся от Земли и земных проблем, влекомые фантазией.

Если мы хотим уберечь людей будущего от того, чтобы они большую часть своего времени проводили у телевизора, смотря репортажи о полетах на Марс и Венеру, мы просто обязаны попытаться пробудить в наших детях как можно большую любовь к Земле и к земным проблемам.

Конечно, космические исследования, особенно в последнее время, были очень полезны для получения данных о Луне, Марсе, Венере и Юпитере, но и о Земле тоже. Еще никогда у нас не было так много информации, которая позволила бы нам с благодарностью осознать, что наша Земля с ее атмосферой, с ее температурными условиями, с ее круговоротом воды является единственной в своем роде. Школа должна позаботиться о том, чтобы это осознание не осталось чисто теоретическим. В вальдорфской школе астрономия как бы включается в уроки географии. Само собой получается, что все время приходится сравнивать условия жизни на Земле с условиями жизни на других планетах Солнечной системы. Но еще более важным, пожалуй, является прежде всего то, как рассматривать небесные явления.

С двенадцатилетними детьми учитель довольно легко может прийти к следующему необычному соглашению; например, с сегодняшнего дня не доверять или как можно меньше доверять научным авторитетам. Будем (говорит он) исходить только из того, что нам говорят наши чувства и человеческий разум.

Мы прослеживаем траектории небесных тел так, как мы их видим с Земли. Попытаемся представить, как они будут выглядеть, если смотреть на них с экватора. Как выглядит звездная орбита на полюсах и в тропиках? Мы наблюдаем фазы Луны, изменения солнечной орбиты в разные времена года.

Такую «феноменологическую» позицию можно последовательно выдержать, однако, только в старших классах, где можно предложить ученикам нарисовать (по крайней мере, фрагментарно) орбиты планет так, как их видел и толковал Птоломей, чтобы потом исторически проследить развитие современной астрономии.