Читаем Воспитание к свободе полностью

Ярко выраженный холерик с большим удовольствием делает доклады о носороге, особенно удачно и наглядно он изображает приступы ярости этих далеко не кротких животных. Застенчивая маленькая девочка помещает, без какого-либо внешнего повода, в тетради по природоведению своего рода «душевный автопортрет» — пугливую серну. Флегматик создает подробное, по своей выразительности глубоко прочувствованное изображение орангутанга, сидящего на ветке дерева и лениво поглощающего прекраснейшие фрукты. Можно найти, наверняка, и более примитивное выражение инстинктивного проявления симпатии ко всем животным.

Какие же обобщения по поводу этой проблемы может сделать учитель биологии, исходя из чисто феноменологических позиций?

В 90-е годы прошлого столетий Эрнст Геккель представил свои мысли о происхождении человека в виде родословного дерева, восходящего по прямой к человеку от разных видов обезьян, названия которых он с легкостью написал на этом генеалогическом дереве. С тех пор очень многое изменилось в эволюционной теории. Так, бельгийский палеонтолог Луис Долло доказал, что специализированные органы не отмирают и переходят в специализированный облик другого животного вида. Человек же, в некотором смысле, является исключительно неспециализированным. Здесь учитель может напомнить ученикам об уроках в четвертом классе, где руки человека сравнивались с соответствующими передними конечностями млекопитающих. Биологически нельзя представить, что человек произошел от предков, которые обнаруживают в своем образе жизни и развитии тела значительные, уже сформировавшиеся и как бы тупиковые специальные особенности в строении головы или конечностей. Поэтому в современных родословных человека человекообразные обезьяны встречаются в основном в боковых ответвлениях; предполагают что люди и человекообразные обезьяны произошли от общих предков. Поскольку и самые последние данные не позволяют сделать надежных выводов о том, как выглядят эти исходные формы, то некоторые ученые вынуждены были прибегать к «моделям прародителей», которые, естественно, очень сильно отличались у разных исследователей. Совершенно не исключено, что ближайшие десятилетия принесут с собой значительные изменения представлений о нашем происхождении.

На уроках биологии в 11 и 12 классах многих учащихся привлекает образность различных растений и животных. Каждое растение, каждое животное обладает как внешним, так и более внутренним жестом.

Каракатица обладает свойством менять и форму, и окраску.

А как обстоят дела с душевным родством, о котором так активно говорит современная наука о поведении — этология? У человека ведь есть определенные «животные» потребности (сексуальные и другие влечения), а у многих животных, наоборот, есть ряд «человеческих» свойств (честолюбие, агрессивность). Но человек, благодаря техничеким возможностям, намного более опасен, чем какой-либо вид животных. Если серьезно принять идею тождества человека и животного, то выводы могут бросить в дрожь. Тогда, наверное, наше воспитание нужно было бы направить на то, чтобы снимать особо опасную агрессивность спортом или другими физическими занятиями и направлять в безопасное русло другие инстинкты и порывы.

Все эти постановки вопросов почти неизбежно приводят нас к признанию решающей альтернативы. Или мы рассматриваем человека как существо неразумное (не осознающее своих интересов), тогда он нуждается в духовной, экономической и политической дрессировке. Или — как личность с высоким самосознанием, которая может сама себя воспитать; тогда имеет смысл стремиться к таким великим целям, как свобода, солидарность и демократия. Насколько правомочно говорить о человеке как о Я-существе, об индивидуальности? На этот вопрос, конечно же, нужно попытаться дать ответ на уроках биологии, например, на основе детального сравнения инстинктивных функций у животных и у человека. Однако нужно помнить, что речь идет о проблеме, которую естествознание одно никогда не сможет решить. Как раз при рассмотрении такого жизненно важного вопроса четко видно, насколько необходимы «гуманитарные» предметы в рамках школьных занятий.

История и социология

В восьмом и девятом классах все ученики и прежде всего, конечно, мальчики хотят как можно больше узнать о времени, в котором они живут. Преподавание истории в этих классах направлено на удовлетворение этой потребности. В восьмом классе обсуждается история с XVI века по настоящее время, причем особое внимание уделяется экономической истории: великие технические изобретения и развитие торговли и промышленности.