Читаем Волна огня полностью

– Теперь мы подходим к нашей галерее «Наследие», – сообщил Квон, взмахом руки указав на ту часть музея, которая выглядела как библиотека рубежа веков, уставленная высокими деревянными застекленными шкафами, полными старых книг, артефактов и раритетов. – Здесь представлена самая ранняя история музея. Не стесняйтесь, можете открывать шкафы и ящики. Мы хотели сделать экспозицию максимально интерактивной.

Грей так и поступил: шагая вдоль шкафов, он задерживался у каждой витрины. Из их предыдущего разговора Сейхан знала: эта тема представляет для него особый интерес. Чего не сказать о ней самой.

Ходя хвостом за ними двумя, Сейхан старалась не выдавать своего нетерпения. Их группа провела час, осмотрев пятнадцать зон основного этажа, посвященного биоразнообразию региона – от зарождения жизни до всех ее ветвей, стеблей и листьев. Промежуток охватывает миллионы лет.

И она как будто провела их здесь.

Ее мать и Чжуан остались внизу, ожидая начала светового шоу, которое еще больше высветит три гигантских скелета зауроподов, чьи длинные шеи и черепа возвышались до уровня антресолей. Вооруженные наушниками и ларингофонами, они могли оставаться на связи. Гуань-инь и Чжуан также исподтишка наблюдали за главным входом, выглядывая любых подозрительных посетителей.

Грей выпрямился и посмотрел на Квона.

– Я вижу, вы разделили галерею «Наследие» на две части, одну, посвященную сэру Стэмфорду Раффлзу с одной стороны, и вторую – Уильяму Фаркуару – с другой. Хронология их вклада в науку и открытий во многом совпадает. Почему вы держите их отдельно?

Улыбка Квона сделалась шире.

– Потому что иначе нас могут преследовать их призраки. Сэр Раффлз и генерал-майор Фаркуар помогли основать Сингапур и были в равной степени заядлыми натуралистами. Вплоть до самой смерти они соперничали за открытия, боролись за признание и всячески поносили друг друга на каждом шагу, порой весьма горячо. Поэтому мы не осмелились поставить их вместе в один шкаф.

Грей подошел к шкафу с надписью «Фаркуар» наверху.

– Как эти двое стали заклятыми врагами? Согласно табличке, именно Раффлз поставил Фаркуара во главе Сингапура после основания города?

– Видите ли, Раффлз был недоволен небрежностью, с которой его назначенец взялся за порученное ему дело. Фаркуар не выполнил те инструкции, которые оставил Раффлз. При попустительстве Фаркуара в Сингапуре процветали работорговля, курение опиума и другие пороки. Между ними росли трения, обостряясь с каждым годом. Затем Фаркуар совершил настолько гнусный поступок, что Раффлз внезапно уволил его с этого поста.

Грей нахмурился:

– Что же он сделал?

– Рассказывают разное, но известно, что их взаимная неприязнь в конце концов сделалась настолько сильной, что Фаркуар попытался накопать на сэра Раффлза компромат, нечто такое, что изгнало бы ненавистного ему конкурента из региона. В то время поговаривали, что Раффлз скрывает некий великий секрет, но никто не знал, какой именно. Ходили слухи о великом сокровище или некоей постыдной правде. Чтобы раскрыть его тайну, Фаркуар заручился поддержкой местных криминальных элементов, главным образом китайцев, которые занимались в городе торговлей опиумом. Когда Раффлз узнал об этой уловке, он немедленно уволил Фаркуара.

Приподняв бровь, словно укоряя ее за то, что она сомневалась в нем, Грей взглянул на Сейхан, а затем вновь повернулся к директору музея:

– Он когда-нибудь узнал, что это был за секрет?

Квон пожал плечами:

– Понятия не имею, но Фаркуар продолжал поддерживать хорошие отношения с китайцами. Те даже наградили его прощальным подарком – серебряным кубком стоимостью семьсот долларов, непомерная сумма по тем временам. Китайцы также помогали ему в его натуралистских начинаниях; они предоставили в его распоряжение художников, которые сделали для него около пятисот иллюстраций. – Квон повел Грея вдоль витрины с другой стороны. – Здесь можно увидеть некоторые из них.

Грей двинулся следом и на миг наклонился, чтобы рассмотреть затейливую тарелку с изображением ярко раскрашенной птицы.

– Если Фаркуар узнал секрет Раффлза, то китайцы, вероятно, тоже узнали его.

– Думаю, да, но из этого ничего не вышло.

– По крайней мере, пока, – пробормотал Грей.

Квон посмотрел в его сторону.

– Вы о чем?

– Ни о чем. – Пирс выпрямился. – Когда все это произошло?

– В далеком тысяча восемьсот двадцать третьем году.

Грей нахмурился, глядя на директора.

– Это тот же год, когда был основан музей, только тогда он назывался Сингапурским институтом.

– Совершенно верно.

– И кого же Раффлз назначил на место Фаркуара? Для наблюдения за городом и его новым музеем…

– Врача, человека по имени доктор Джон Кроуфорд.

– Врача?

– И подающего большие надежды натуралиста. Кроуфорд работал под руководством Раффлза, когда тот был вице-губернатором Явы.

Сейхан подошла ближе. «Грей и его чертовы догадки…»

Пирс сосредоточился на Квоне.

– Значит, когда в тысяча восемьсот пятнадцатом году произошло извержение вулкана Тамбора, Кроуфорд был с Раффлзом на Яве?

Квон растерянно нахмурил лоб: