И все же разговор с Артемом Давыдовичем у нас состоялся этим же вечером. Я чуть телефон не выронила, когда узнала, кто мне звонит.

— Инга, душенька, вы не желаете идти на контакт, поэтому я набрался наглости и позвонил сам.

— А как вы узнали мой номер? — напрямик спросила я. Ольгу Степановну готова была убить в тот момент. Кто еще, кроме нее, мог снабдить его конфиденциальной информацией?

— Для меня это не проблема, вы же понимаете, — усмехнулся мужчина, зародив в моей душе сомнения, а так ли виновата директриса. — В наше время узнать номер пара пустяков, — подтвердил он мои опасения. — Но перейду к делу, чтобы не задерживать вас…

Как оказалось, обстоятельства изменились настолько, что не терпят отлагательств. Артем Давыдович настаивал на срочной встрече, приглашая меня поужинать в ресторане. Уверял, что ждать до вечеринки не может никак. Конечно же, я отнекивалась, пока не поняла, что он меня просто-напросто не слышит.

— Мой водитель заедет за вами в восемь, — окончательно добил меня собеседник. — Я буду ждать вас в семейном ресторанчике, поэтому в одежде никаких изысков. Все будет по-простому. До встречи! — и был таков.

Какое-то время я продолжала слушать гудки в трубке, изумляясь человеческой наглости или напористости. Да он все решил за меня! Надо думать, что и отказ от работы он не примет. И как мне прикажете поступить в этой ситуации.

Испытывая непреодолимое желание хоть с кем-нибудь посоветоваться, я набрала номер Антона и очень расстроилась, когда он не ответил на звонок. Мама в таких делах на роль советчика вообще не годилась. Заранее знала, что она ответит. «Пошли его куда подальше. Таких наглецов нужно наказывать!» Ну или что-то в этом роде. А если ослушаюсь ее, то весь вечер будет названивать и промывать мозги. Оставалась Ольга Степановна, но та, конечно же, будет настаивать на проявлении вежливости, внушать, что такими клиентами не разбрасываются и все в таком роде.

Получалось, что совета мне просить не у кого, а время уже поджимало. В моем распоряжении имелось полчаса, чтобы успеть привести себя в порядок. Как-то само собой приглашение на ужин принялось.

Ровно в восемь я выходила из дома. Возле подъезда меня ждала черная тонированная иномарка. Водитель предупредительно выскочил из машины и услужливо распахнул передо мной дверцу, приглашая занять переднее сидение. Ни о чем не подозревая, я села в машину. А в следующий момент к моим носу и рту прижали резко пахнущую тряпку, от которой сознание моментально отключилось.

Глава 6

Как же болит рука! Даже пошевелиться не могу. И голова раскалывается, словно с похмелюги. И почему я не могу открыть глаза?

События медленно, но восстанавливались в памяти, начиная со звонка Артема Давыдовича. Обрывались на том, как садилась в машину. Кажется, судя по тряске и характерному гулу, именно в ней я до сих пор и нахожусь. Только тут сообразила, что на глазах моих повязка, а руки скручены за спиной. И лежу я, по всей видимости, на заднем сидении, нижней частью тела на полу.

Новая попытка пошевелиться отомстила приступом головной боли. Невольно застонала и тут же услышала:

— Тише, сука! Будешь дергаться, получишь.

В подтверждение сказанного чья-то лапища вдавила меня в сидение. Чтобы не взвыть от боли в руке, на которой лежала, сильно прикусила губу и почувствовала привкус крови во рту.

— Давай без фанатизма, Николай, — донесся до меня знакомый голос.

Сразу же захотелось выругаться вслух. Голос принадлежал любезному Артему Давыдовичу. Сволочь! Вот, значит, в какой ресторан он меня пригласил? Чертов ублюдок. А еще детину этого призывает к порядку!

Как же болит голова! Сил терпеть нет. И во рту пересохло. Рвотный спазм накатил внезапно. Я даже сообразить не успела, как желудок мой изверг те крохи, что получил сегодня.

— Сука! — заорал детина. — Она изгадила салон. Да я тя щас!..

— Руки! — в голосе главного похитителя прозвучала сталь. — Уймись. А салон вычистишь…

Тот, кто сидел рядом, продолжал тихо и грязно ругаться. Я прям физически чувствовала, как чешутся у него руки, чтобы поколотить меня. Задыхалась в рвотных испарениях и беззвучно молилась, чтобы не замутило снова.

Куда меня везут? И как далеко это от города?

— Потерпи, Инга, скоро уже приедем, — словно прочитал мои мысли Артем Давыдович, а точнее главный поц, как я его теперь называла. Величать таких по имени и отчеству — запредельная честь. Они от рождения такого не достойны.

Когда машина затормозила, и в лицо мне ударил свежий морозный воздух, я уже практически отупела от боли.

— Давай, шмара, вали отсюда, — схватил меня ублюдок, что сидел рядом, и выволок из салона.

От боли, что одновременно прострелила голову и тело, я протяжно застонала. Ноги не держали, и я повалилась на колени. Детина заржал рядом и пнул меня под зад ногой. Я невольно представила, как, должно быть, по дебильному выглядит его лицо.

— Подними ее! — поступила команда. — И веди в дом. Да сними уже повязку и развяжи бедняге руки! Все разговоры предлагаю оставить на завтра…