Читаем Водный мир полностью

Ослепленный и почти удушенный зловонием грубо содранной шкуры, Керанс почувствовал, как его швыряет из стороны в сторону, пока самосвальная телега снова набирала ход. Люди между оглоблей, задыхаясь и уже не разбирая дороги, неслись по улице вслед за Странгменом и Адмиралом, а Большой Цезарь преследовал их ливнем ударов и пинков. Почти потерявшая управление телега виляла и кренилась, едва не разбившись об островок безопасности, затем выровнялась и еще набрала скорость на открытом участке. Когда они приблизились к перекрестку, Странгмен вдруг что-то крикнул Большому Цезарю. Даже не глядя, мощный мулат всем своим весом приналег на правую оглоблю — телега повернула и направилась к тротуару. Метров пятьдесят она беспомощно неслась, несколько матросов запутались друг у друга в ногах, споткнулись и упали на мостовую — а затем со взвизгом топора железо и древесина врезались в стену и телега завалилась набок.

Оторванный от своего прикола, трон пролетел через улицу и рухнул в нанос грязи. Керанс упал лицом вниз, удар о землю несколько смягчил сырой ил; освободившись от головы аллигатора, он по-прежнему остался привязан к сидению. Вокруг него, раскинувшись и собираясь с духом, лежали два-три члена команды, а одно колесо перевернутой телеги все еще со скрипом крутилось в воздухе.

Беспомощно сгибаясь и пошатываясь от смеха, Странгмен хлопал Большого Цезаря и Адмирала по спинам и вскоре заставил остальную часть команды оживленно зубоскалить. Они собрались вокруг телеги, затем подошли посмотреть на перевернутый трон. Странгмен надменно поставил на него одну ногу, покачивая разбитым подголовником. Выдержав позу достаточно долго, чтобы убедить своих приспешников, что теперь-то уж сила Керанса действительно истрачена, а дух его усмирен, он сунул ракетницу в кобуру и побежал по улице, маня за собой остальных. С воплями и презрительным хохотом свора отвалила.

Пригвожденный к земле под перевернутым троном, Керанс мучительно шевелился. Голова и правое плечо были наполовину погребены в наносе запекающегося ила. Он попробовал напрячь кисти, но ремни оказались еще слишком туги, чтобы можно было освободить руки.

Перемещая вес на плечи, он попытался руками оттолкнуть трон, а затем заметил, что левый подлокотник отломился от вертикальной опоры. Медленно-медленно он завел онемевшие пальцы под подлокотник и начал петля за петлей тереть ремни о зазубренный обломок опоры, выступающий из гнезда.

Когда рука высвободилась, Керанс сначала позволил ей вяло упасть, затем помассировал избитые губы и щеки, а также размял застывшие мышцы груди и живота. Выгнувшись вбок, он вцепился в узел, притягивающий его правое запястье к другому подлокотнику, под краткие вспышки света от взмывающих в небо ракет ослабил ремни и высвободился.

Пять минут Керанс неподвижно лежал под темной громадой трона, прислушиваясь к тому, как далекие голоса удаляются в проулках за плавучей базой. Постепенно пропали и отблески факелов, и улица превратилась в безмолвный каньон, где верхушки крыш слабо озарялись пропадающим фосфоресцентным свечением умирающих микроорганизмов, что набрасывало сетеподобную серебристую вуаль на вышедшие из-под воды здания и обращало их в угасающий уголок древнего призрачного города.

Когда Керанс выполз из-под трона, он неуверенно встал на ноги, доковылял до тротуара и оперся о стену. В голове глухо стучало от напряжения. Он прижался лицом к прохладному, все еще влажному камню, внимательно поглядывая в сторону улицы, где исчезли Странгмен и его люди.

Внезапно, прежде чем глаза невольно закрылись, Керанс заметил две приближающиеся фигуры — одна в знакомом белом костюме, другая высокая, с покатыми плечами. Они торопливо шли по улице в направлении перевернутой телеги.

— Странгмен!.. — прошептал Керанс. Пальцы его судорожно вцепились во влажную известку, и он буквально оцепенел в тени, что легла на стену. Двое мужчин были пока еще в сотне метров от него, но Керанс прекрасно различал бодрую и уверенную поступь Странгмена, а позади него размашистую походку Большого Цезаря. На перекрестке, попав в луч света, в руке Большого Цезаря сверкнул серебристый кинжал.

В поисках укрытия Керанс боком двинулся вдоль стены, чуть не порезав руки о зазубренный угол стеклянной витрины в окне магазина. Несколькими метрами дальше находился вход в большую аркаду, пересекавшую весь квартал, пока она не соединялась с параллельной улицей в пятидесяти метрах к западу. На полу там местами лежал почти полуметровый слой черного ила, и Керанс согнулся, взбираясь по неглубоким ступенькам, затем медленно побежал по темному тоннелю к дальнему концу аркады, а мягкий ил заглушал его вялые шаги.