Читаем Во тьме Эдема полностью

— Члены Тома и Гарри! — вспылила Тина. — Это уж слишком! Ты же сама объявила, что Джон больше не член Семьи. И законы, мол, на него уже не распространяются. И что к нему теперь надо относиться как к дикому зверю, как к трубочнику или древесной лисице.

Я накрыл ладонью руку Тины, чтобы ее успокоить. Приятно, что она за меня вступилась, но сейчас ей лучше было помолчать, потому что она не замечала главного. Дело ведь не в том, кто прав, а кто нет. Мы встретились не для этого. Я не люблю Каролину, она меня терпеть не может, но наши эмоции тут ни при чем. Самое смешное, что мы с Каролиной это понимали, причем, пожалуй, единственные из всех. Мы оба знали, что встретились затем, чтобы из слов построить формы, пригодные для обитания ее и моей семьи. Ничего личного. Мы не ссорились — скорее, вместе работали, вот как Старый Роджер мастерит из куска черного стекла наконечник для копья или одноногий Джеффо Лондон распиливает бревно, чтобы сделать из него лодку.

— Мы обязуемся соблюдать законы, — пообещал я, — потому что они необходимы нам так же, как и вам. Но на собрания ходить не будем и ваши приказы выполнять не станем.

— Мы не можем этого допустить, — тихим голосом пробормотала Кэнди Рыбозер. — Иначе каждый новошерсток, которого за что-то накажут, побежит к вам или еще куда-нибудь и там создаст собственную семью.

— Да кому какое дело… — начала Клэр, но я ее перебил.

— Нет-нет, — сказал я. — В этом мы согласны с Каролиной. Мы тоже не хотим беспорядков.

Каролина фыркнула.

— Ну, знаешь ли…

— Поэтому давайте договоримся, — продолжал я, — заключим соглашение между двумя семьями, вот как в Семье, когда между двумя группами возникают разногласия.

Каролина оглянулась на вожаков в поисках поддержки.

— Хорошо, — согласилась она, — но это будет договор между Семьей и группой Холодной Тропы.

— Член Гарри! — не выдержала наша Джела. — О чем с вами договариваться, если вы…

Но я снова вмешался.

— Называйте нас как угодно, — предложил я. — Но мы не будем приходить на Гадафщины и Эскренные.

Каролина снова оглянулась на остальных. Кэнди Рыбозер пожала плечами. Том кивнул.

— Ладно, — согласилась Каролина. — Но тогда и не приближайтесь к нам. Ни шагу за Ком Лавы.

— Вот еще… — подала голос Тина, но я снова накрыл ее руку своей, чтобы успокоить. Я понимал, что нам с Семьей надо держаться друг от друга подальше, если мы хотим жить спокойно, поэтому сразу согласился.

— Договорились. Мы не будем заходить за Ком Лавы, но и вы тогда к нам ни ногой.

Каролина посмотрела на остальных. Никто не возражал. Она кивнула.

— И хватит сманивать наших новошерстков, — попросила она. — Перестаньте их приглашать, а если придут — гоните…

«Ииииииик! Ииииииик! Ииииииик!»

Гости подскочили. Каролина, Том, Кэнди, Секретарь-Ша и трое молодых Лондонцев аж подпрыгнули. За нами на горе завизжал шерстячонок. В глазах гостей зажглось любопытство, но они старательно притворялись безразличными. Мы четверо переглянулись с улыбкой.

— Это ведь тот шерстячонок, о котором нам рассказывали? — холодно поинтересовалась Каролина.

Видимо, кто-то из наших встретил в лесу кого-то из Семьи и все разболтал.

— Вы его поймали живьем и держите в пещере за изгородью, — продолжала Каролина.

Она изо всех сил напускала на себя равнодушный вид, но все равно не могла скрыть интереса.

— Зачем? — с удивленной улыбкой спросила она.

Раз уж она перестала притворяться, я тоже приподнял маску, потому что уж очень разозлился на Каролину за вопрос.

— Сиськи Джелы! Что толку на каждой Гадафщине вспоминать о Земных Вещах, если они нас ничему не учат? Мы пытаемся сделать из него лошадь, как на Земле. Я думал, это яснее ясного.

Каролина презрительно фыркнула.

— Лошадь! Клянусь Джелой, Джон, ты не хуже меня знаешь, что на Земле совсем другие звери! Они совсем как люди. У них глаза…

— Поживем-увидим. Мы решили попробовать. Кажется, ты просила нас не сманивать новошерстков?

— Джон, мы не можем на это согласиться! — вмешалась Тина.

Я снова стиснул ее руку, чтобы показать: я знаю, что делаю.

— Давайте поступим так, — предложил я Каролине. — В течение следующих пяти дней, только пяти дней, все, кто хочет, могут уйти к нам. Так вы избавитесь от возмутителей спокойствия. После этого, так уж и быть, больше никого не примем. Будем отсылать обратно.

Я специально не смотрел на Тину.

Каролина кивнула.

— И вот еще что, — проговорила она. — Если вы станете охотиться по ту сторону Кома Лавы, то у нас будет меньше шерстяков. Вы должны с нами делиться.

— Да весь остальной лес в вашем распоряжении! — возразила Джела. — Мы же не станем там охотиться, а значит, шерстяки все ваши.

Тут мне пришла в голову мысль.

— Хорошо, но нам от вас тоже кое-что нужно. Давайте договоримся, что раз в цикл мы посылаем вам одного освежеванного шерстяка (шкуры нам самим нужны), а вы взамен даете нам две пригоршни черного стекла или две шкуры.

— Это слишком много! — запротестовала Каролина.

Но в конце концов мы договорились. Раз в цикл мы должны передавать им у Кома Лавы одного освежеванного шерстяка, а они нам шкуры или стекло.