– Они уже в курсе, что король мертв, – мрачно поведал Харлог. – Королева сделала официальное заявление и назначила вас преемником.

– Что? – изумился наследник. – Как это понимать?

Вместо ответа Харлог лишь приподнял брови, пожав плечами, изобразив полнейшее недоумение. Вернувшись к женщинам, император хмуро произнес:

– Госпожа Сэрна, до меня дошли новости…

– Я возлагаю корону Гелиоса на ваши головы, – кивнула королева.

– Не уверен, что сумею принять такой груз ответственности, – с сомнением отозвался Сверр. – Есть ли другие кандидаты из числа претендентов на трон?

– Кигберн был единственным, – покачала головой правительница.

– Давайте решим это позже, вам нужна помощь, – серьезно произнес император. – Из-за случившегося произошла задержка и стоит поспешить. Капсулу сейчас подготовят.

– Нет, – устало возразила Сэрна.

– Она отказывается лечь в капсулу, – поджав губы, пояснила Альда, взглянув на мужа. – Не могу уговорить её.

– Вам стоит подумать о подданных, – напомнил Сверр, шагнув ближе и коснувшись плеча жены.

– Я доверяю их мудрому и сильному правителю, – медленно и тихо произнесла королева, вдруг хрипло вздохнув.

– Сэрна? – настороженно проронила императрица, выпрямившись по струнке.

– Ты позаботишься о них, как о моей сестре, – выдохнула младшая принцесса Вако, тяжело дыша.

– Сверр, сделай что-нибудь, – прошептала Альда, почувствовав, как волосы на её затылке зашевелились.

– Нет, – нахмурившись, возразила королева. – Я готова шагнуть к моим мальчикам. Все хорошо.

– Ничего не хорошо! – воскликнула императрица.

– Я так рада, что ты здесь, – прошептала с трудом сестра. – Теперь я знаю, что такое быть частью семьи. Это счастье – чувствовать твою руку рядом.

– Сэрна, – потрясенно прошептала Альда.

– Не печалься обо мне, – слабо произнесла королева. – Я ухожу счастливой и к своим сыновьям. Не потеряй своего шанса.

Дыхание сестры замерло, и последний вдох покинул её тело. Единственная принцесса Вако в шоке поднялась на ноги и тут же попала в объятья мужа.

– Боги, она?..

– Ш-ш-ш, твоя сестра ушла в мир Ивран, – тихо произнес Сверр, крепко обнимая супругу.

– Госпожа? – непонимающе прошептал кто-то рядом.

Императрица повернулась на звук, поняв, что это была служанка сестры, медленно подходящая ближе к смертному одру королевы.

– Но как же это? – запричитала Рилла, в ужасе оглядывая тело своей госпожи. – Я же так старалась… Почему же…

– Харлог, уведи девушку, – коротко приказал Сверр, когда служанка начала рыдать.

Альда спрятала лицо на груди мужа, медленно вдыхая медицинский запах капсулы. Обняв супруга, принцесса чувствовала холод и ужас, пытаясь сдержать слезы. Сэрны не стало, и родное лицо, так похожее на мамино, вновь окаменело маской на её глазах.

– Я хочу забрать её прах на Даркраст, – с трудом прошептала женщина, цепляясь за порванную одежду супруга. – Это можно?

– Конечно, – тихо ответил Сверр. – Похороним её в дальней части зеленой пещеры. Там красиво и Сэрне бы понравилось.

После этих слов Альда не выдержала. Боль от потери и последнее напутствие сестры жгли душу и сердце. «Я сойду с ума, если…» – пронеслось в голове принцессы, пока она теряла присутствие духа.

Очнулась императрица уже в каюте «Исполина», не понимая, как очутилась здесь. Сверр стоял у широкого окна, за которым виднелся Гелиос, и все недавние события нахлынули. Коснувшись своего лба, Альда справилась с наплывом чувств.

– Как ты? – прошептал супруг, подходя ближе и присаживаясь рядом.

– Я не верю, что все это произошло на самом деле, – негромко отозвалась принцесса, тяжело вздохнув. – Почему она так сделала?

– Иногда наступает момент, и мы смиренно принимаем судьбу, – пожав плечами, ответил Сверр, поглаживая жену по животу. – Очевидно, что для Сэрны это был именно он.

– Что теперь будет? – печально спросила она.

– Надо решить, что делать с Гелиосом, – вздохнул император.

Глава 37

Альда лежала в объятьях мужа, разглядывая потолок. После исцеления Сверр был еще слаб и быстро уснул, посвятив вечер общению с капитанами боевых крейсеров, а также вызвав на аудиенцию советников умершего короля Гелиоса. Императрица слышала глухие голоса, но сил для личного присутствия на совете не нашлось. Смерть Сэрны потрясла принцессу и все еще казалась нереальной, а слова сестры бередили душу. Альда упорно продолжала стискивать зубы, пока слезы тихо стекали на подушку. Повернув голову набок, императрица взглянула на своего супруга, сглотнув ком в горле. «Двадцать процентов жизненной силы – это очень мало, Альда» – голос Сэрны все еще звучал в голове, не давая покоя.