Читаем Внуки Тантала полностью

Исчезнет ли проклятие вместе с последним из живых Торнов? Или старый Люшиус по-прежнему будет сидеть на чердаке своего замка, отравляя ненавистью все, до чего может дотянуться его взгляд.

Я сложил рукопись обратно в конверт и протер глаза. Неплохо. Временами слащаво, некоторые обороты уж слишком мелодраматичные. Конечно, я подозревал, что многие изложенные факты мисс Смит просто выдумала из головы (например, про детишек, которых морили голодом в подвале, да и сама история про парализованного Люшиуса выглядела уж слишком книжной), но она, видимо, провела хорошую работу. К счастью, существование Габи как-то ускользнуло от ее внимания. Впрочем, я заметил, что Луэлла не стала вообще заострять внимание на личности старшего сына генерала Торна. Кроме скупых упоминаний о его архитектурных достижениях и гибели жены и ребенка, больше не приводилось никаких фактов биографии, включая его неожиданное исчезновение на тридцать лет, возвращение и основание общины «Собранный путь». Скорее всего, девушка все еще надеялась убедить редактора, что газета может обойти возможные судебные иски.

Честно говоря, я и сам не понимал, как может эта статья вызвать интерес у читателей «Сан». Разве что у кого-то возникнет желание проехаться до Ноубла и самому увидеть призрак Люшиуса Торна, сидящего у окна в башне своего замка.

Странно, что Луэлла вообще увлеклась Торнами. На мой взгляд, обычная история трех поколений авантюристов. Прадед Люшиус, конечно, немного перегнул с идеями чистоты расы, но я видел и более сумасшедших нуворишей. Между тем, уж в Калифорнии можно найти невероятное число семей с фамильными проклятиями, которые, по их словам, они несут на себе едва ли не со времен короля Артура. Достаточно выхватить пару не слишком новых воротничков в гольф-клубе в Санта-Ане, чтобы тебе немедленно рассказали семейную сагу о миллионах, утраченных во время Французской Революции, Испанской инквизиции или большевистском перевороте в России, причем, непременно в этой саге найдется место одному-двум семейным призракам. С китайцами еще хуже: стоит не так повернуться за столом во время дружеского обеда, и все – ты уже оскорбил духов умерших и навел на всю семью ужасное проклятие. Причем, китайцы, на мой взгляд, самые отчаянные выдумщики. Если уж они врут, то вообще без оглядки на правдоподобие.

Я убрал конверт со статьей в портфель и вышел в приемную.

– Мисс Пиблз, я ухожу, – предупредил я секретаршу. – Закроете офис сегодня.

– Одну минуту, мистер Стин. Я раздобыла информацию, которую вы просили. О Джереми Лэнгхорне.

Она деловито взглянула в записи в своем блокноте.

– В начале пятидесятых он действительно работал на студии «Юнион Артистс». В качестве сценариста. Был нанят сразу после колледжа, причем колледжа довольно посредственного, где-то в Аризоне. Моя подруга его вспомнила, она говорит, что ему устроили синекуру… вроде бы один из директоров студии. Ходили слухи, что у них была связь, – сухо закончила Мэриголд.

– Связь? С директором студии? Мужчиной?

– Да. Но это только слухи.

– Я понимаю.

– Как бы то ни было, его приняли штатным сценаристом. Он проработал едва ли больше года.

– Связь закончилась?

– Моя подруга не знает. Но едва ли в этом дело. Мистер Лэнгхорн вел себя довольно вызывающе. Его наняли писать сценарии, адаптированные из популярных романов. Назначили хорошую зарплату. Однако он срывал все сроки, не справлялся с работой. Зато все время пытался продвинуть собственные сценарии. Забрасывал продюсеров своими идеями, подсовывал им рукописи. Набивался ко всем в друзья. Видимо, в то время он был довольно обаятельным, – мисс Пиблз поджала губы. – Обращался на разные студии, несмотря на контракт. Как бы то ни было, никто не стал терпеть подобное самоуправство. Его уволили.

– Неужели его идеи были так ужасны?

– Не знаю, – сурово ответила мисс Пиблз. – Просто так не принято. Сценаристы пишут то, что им велят боссы студий. Никто не стал бы считаться с мнением какого-то мальчишки, который не выполняет свои обязанности. Я очень хорошо знаю «кухню» Голливуда, мистер Стин. Сценаристы – это чернорабочие. Чуть выше по должности, чем секретарши. Да, безусловно, ценятся те, кто умеют создать историю, интересную для зрителя и для режиссера. Но все это приходит с опытом. Чего у мистера Лэнгхорна явно не было.

– То есть он считал себя непризнанным гением?

– Моя подруга всего пару раз встречалась с мистером Лэнгхорном лично и плохо его помнит. Но она определенно уверена, что тот не был способен работать в заданных рамках.