Читаем Внучка чародея полностью

Девочка невольно улыбнулась. После того, что она только что видела, лес показался ей на удивление приветливым. Здесь повсюду росли кряжистые дубы, листья которых весело шелестели под легким ветерком. Солнечные лучи, проникающие сквозь листву, бросали на лица путников теплые блики. Лес был полон жизни. Высоко над головами пели птицы, бойкие белки без страха спускались с деревьев и нахально глядели на путников глазами-бусинками. В траве на освещенных солнцем лужайках стрекотали кузнечики.

Чародей отыскал едва заметную тропинку, встал на нее и негромко произнес "К Моргане". Жанна недоверчиво моргнула. Ей вдруг показалось, что тропинка как-то странно изогнулась и изменила направление.

— Идем же, — позвал Магистр.

Девочка последовала за дедом.

Тропинка привела их к невысокому деревянному домику с низкой дверью и единственным крошечным окошком. Чародей без стука распахнул дверь и, пригнувшись, вошел внутрь. Жанна зашла следом.

Они оказались в небольшой полутемной комнатке. В центре стоял длинный деревянный стол с двумя скамейками по бокам. У дальней стены — кровать, накрытая лоскутным одеялам. По стенам были развешаны бусы из ягод шиповника и тяжелые связки лука и чеснока. На жердочке под потолком дремал черный ворон.

В углу возле очага хлопотала уже знакомая Жанне ведьма. Склонившись над котлом она сосредоточенно помешивала свое варево, не замечая вошедших.

Магистр нарочито громко кашлянул.

Ведьма стремительно обернулась.

— Магистр Домор, — в смущении пробормотала она, вытирая руки о засаленный передник, — Чем могу служить?

Чародей одарил ведьму хмурым взглядом.

— Леди Жанна будет приходить к тебе каждый день после обеда, — тоном, не допускающим возражений, произнес он, — Научишь её всему, что знаешь.

— Слушаюсь, милорд, — проскрипела старуха, низко кланяясь.

Магистр кивнул.

— Не опаздывай к ужину, Жанна, — бросил чародей и, не попрощавшись с Морганой, вышел из дома.

Жанна поморщилась. Резкость деда слегка покоробила её, но Моргана, кажется даже не обратила на это внимания.

— Садись и не мешайся, — хмуро сказала она Жанне и вернулась к своему котлу.

Девочка на минуту присела на край деревянной скамейки, но вскоре не выдержала и, подойдя к ведьме, заглянула ей через плечо.

— Это колдовское зелье? — с интересом спросила она.

— Это суп из крапивы, — буркнула старуха.

— Из крапивы? — удивилась девочка.

— Да! — рявкнула ведьма, оборачиваясь, — А ну сядь на место. Сказано тебе, не мешайся.

Жанна села на скамью. Разбуженный громкими голосами ворон слетел со своего насеста прямо на стол.

— Здр-раствуйте, миледи, — раскатисто произнес он.

— Привет, Крег, — невесело откликнулась девочка.

Ворон, будто от нечего делать, прошелся туда-сюда по столу. Потом на миг замер и ловко схватил клювом засевавшегося жука-короеда.

На некоторое время в избушке воцарилась тишина, нарушаемая лишь потрескиванием дров в очаге, легким шорохом лапок ворона по столу, да негромким бормотанием ведьмы. Моргана, казалось, целиком погрузилась в свои мысли, начисто забыв о девочке.

Минут через двадцать Жанна не выдержала.

— Когда вы будете учить меня готовить зелья? — требовательно спросила она.

Ведьма обернулась и на миг в её глазах промелькнуло удивление. Видимо, она действительно забыла о девочке. Потом её лицо сморщилось в злобную гримасу.

— Тебе бы сразу зелья готовить, — раздраженно проговорила ведьма, — Думаешь, если у тебя талант есть, то ты сразу все сможешь? Прежде чем зелья готовить, научись травы различать, да в лесу их находить, да правильно заготавливать.

Жанна смутилась.

— Ну тогда научите меня этому, — пробормотала она.

— Научи, да научи, — снова заворчала ведьма. Она вытащила из темного угла плетеную корзину, доверху наполненную бурыми кореньями, и со стуком поставила на стол перед девочкой.

— Вот, — она вытащила из корзины толстый корень, — Это змеиный корень. Его надо почистить, порезать кубиками, сложить в кадушку и залить соком волчьих ягод, чтобы дольше хранились. Все ясно?

Девочка кивнула.

— Ну давай, за работу.

До самого вечера Жанна старательно очищала толстые кривые коренья от шершавой кожуры, потом пилила их на кусочки тупым ножом. Острого ведьма ей не дала. "Порежешься ещё", — проворчала она, протягивая девочке тупой ржавый тесак. Уже через полчаса однообразной работы у Жанны стало сводить пальцы, а ещё через час заболела шея и плечи. Но когда она пожаловалась Моргане, та лишь фыркнула: "Надо же, какая белоручка попалась. Без труда ты никогда ничему не научишься". Жанна попыталась возразить, что в школе их учат по-другому: они смотрят, слушают и записывают. На это ведьма ответила, что учиться лучше всего на собственном опыте и что, почистив и порезав целую корзину змеиных корней, Жанна уже никогда не спутает их с корнем женьшеня, например, а в книжке какой-нибудь недоучка-писарь так все перепутает, что, начитавшись, можно волчье лыко от вороньего глаза не отличить. Девочка поняла, что спорить бесполезно, и продолжила работу.