Читаем Властители Рима полностью

Тацит пишет, что на Тиберия воздействовал префект претория Элий Сеян, «твердивший, что государство расчленено на враждебные станы, как если бы было охвачено гражданской войной», что открытых сторонников Агриппины становится все больше и избежать междоусобицы можно, лишь приняв самые жесткие меры. Элий Сеян сам метил на место Тиберия, и ему выгодно было рассорить членов его семьи, однако исторические материалы свидетельствуют, что в это время политическая борьба в Риме действительно обострилась. В 24 году был обвинен в попустительстве подготовки восстания галлов ближайший друг Германика, бывший консул Гай Силий. Подсудимому не давали говорить, так как он, пытаясь высказаться в свою защиту, не скрывал, что преследования вызваны гневом Тиберия. Гай Силий вынужден был покончить с собой. Его жена, Созия Галла, подруга Агриппины Старшей, была осуждена как сообщница и сослана. В следующем году пострадали еще несколько сторонников Агриппины. А в 26 году дело дошло до того, что к суду по обвинению в прелюбодеянии, а также «в ворожбе и злоумышлениях против принцепса» привлекли Клавдию Пульхру, двоюродную сестру Агриппины Старшей.

Разъяренная Агриппина отправилась к Тиберию и, застав его за принесением жертвы приемному отцу, Октавиану Августу, заявила, что «не подобает одному человеку заниматься закланием жертв божественному Августу и преследованием его потомков». Агриппина укорила Тиберия тем, что он прикрывается именем Пульхры, когда единственной целью является она, Агриппина, и добавила, что облачается в скорбные одежды, понимая свою обреченность. Заступничество Агриппины не помогло, и Клавдия Пульхра была осуждена вместе со своим любовником.

Тиберий тогда хотел, скорее всего, не уничтожить клан Агриппины, а просто унять ее притязания, так как эта открытая конфронтация почти не сказалась на положении сыновей Агриппины. В 25 году Друз Цезарь выполнял почетные обязанности префекта города по случаю латинских праздников, а затем в том же году обручился с Сальвией, дочерью Луция Сальвия Отона, протеже Ливии, матери Тиберия. По каким-то причинам брак с Сальвией не был заключен, но Друзу Цезарю подобрали еще более именитую невесту — его женой стала Эмилия Лепида, дочь консула.

К Агриппине Тиберий пытался относиться с показной заботой, как к дочери. Но когда в 25 году Агриппина попросила навестившего ее Тиберия облегчить ее одиночество и разрешить ей вновь выйти замуж, Тиберий решительно отказал. Трудно сказать, побуждали ли Агриппину к новому браку чисто личные причины или за этим стоял политический расчет, но отказ Тиберия был обусловлен, конечно же, политическими соображениями. Тиберий понимал, что, выйдя замуж за знатного римлянина, Агриппина стала бы представлять угрозу его собственной власти.

После отказа в новом замужестве и отказа в ее просьбах смягчить судьбу Клавдии Пульхры Агриппина стала вести себя еще более дерзко. В 26 году на пиру у Тиберия она отказалась от всех предлагаемых блюд. Возмущенный Тиберий сказал тогда своей матери, присутствовавшей на пиру, чтобы та не удивлялась, если он примет суровые меры по отношению к той, которая обвиняет его в намерении ее отравить. По городу поползли слухи, что Тиберий собирается расправиться с Агриппиной.

Сейчас трудно сказать, собирался ли Тиберий уже тогда расправиться с Агриппиной, — никаких действий против нее он не предпринял. Возможно, от карательных мер его удержала тогда мать, которой дети Агриппины доводились родными правнуками. Тиберий углубился в дела, а в 27 году вообще удалился на остров Капри — подальше от Рима и от своих родственников. Ведение дел в Риме и практически управление империей Тиберий поручил Сеяну, объявив его своим «сотоварищем».

Элий Сеян воспользовался ситуацией и стал еще больше настраивать Тиберия против Агриппины и в то же время сумел войти в мнимую дружбу с Друзом Цезарем, распаляя его надеждами на наследование престола и настраивая против старшего брата — Нерона Цезаря. Как пишет Тацит, «Друз был от природы злопамятен и, не говоря уже о стремлении властвовать и застарелой неприязни братьев друг к другу, ненавидел Нерона и за то предпочтение, которое ему оказывала их мать Агриппина», поэтому Сеяну даже не пришлось ссорить братьев, а всего лишь необходимо было поддерживать их вражду. Агенты Сеяна подзуживали братьев говорить что-либо неодобрительное об императоре, а затем доносили ему об этом. В итоге император Тиберий все больше злился на обоих своих внуков.