Читаем Властелин ночи полностью

– Констебль, – сказал Шон, – чуть западнее по этой улице вы найдете ожидающий нас полицейский фургон. Мы перевезем Эдварда Ричмонда в полицейский участок Уайтхолла.

– Я вас предупреждаю! Когда премьер-министр узнает об этом…

– Замолчите, Эдвард, – отрезал Шон.

– А как насчет… – Констебль кивнул в сторону Кэролайн.

– Мы с моей давней приятельницей подождем, пока кто-нибудь не вернется за нами в экипаже, – решил отец. – Нам с ней многое нужно обсудить.

– Кэролайн, здесь почти так же холодно, как в доме лорда Кавендейла, – сказал Де Квинси, когда все остальные уехали. – Прошу тебя, сядь рядом со мной возле камина.

Он показал на обитое тканью кресло напротив себя. Опускаясь на свое место, Любитель Опиума заметил, как подогнулась нога Кэролайн, когда она садилась.

– Что с твоей ногой? – спросил он.

– Точно не знаю, но с самого утра она начала подводить меня.

– Нужно попросить доктора Сноу, чтобы он осмотрел ее.

– Да.

– Ты выглядишь очень усталой.

– Да.

Де Квинси отпил из бутылочки с лауданумом. Его короткие ноги не доставали до пыльного ковра на полу.

– Кэролайн, сегодня утром я послал несколько телеграмм в Бристоль. В полицию, в ведущие местные газеты и в суд.

Она потерянно посмотрела на него. Ее блестящие волосы цвета корицы стали совсем безжизненными.

– Я запросил там сведения о событиях, что произошли приблизительно в тысяча восемьсот втором или третьем году, когда ты вместе с Брунеллом исчезла из Лондона. Мои вопросы основывались на том, что ты мне рассказала о своей дальнейшей жизни. Я искал упоминания о процветающем коммерсанте, который погиб в результате несчастного случая, и о его деловом партнере, в скором времени также погибшем в результате несчастного случая, после чего дела предприятия пришли в упадок. И еще о его двоюродном брате, который унаследовал предприятие, но не обделил при этом и вдову коммерсанта. И об изгнанном когда-то из дома сыне, вернувшемся назад с десятилетней дочкой, о которой стала заботиться вдова.

Кэролайн отвернулась к горящим углям в камине.

– В ответ на телеграммы мне сообщили, что никаких записей о чем-либо подобном в архивах не сохранилось, – продолжил Де Квинси. – Так же как и записей об Эдварде Ричмонде, коммерсанте из Бристоля, или о предполагаемом заключении брака между вами.

– Стелла и Эдвард, – снова пробормотала Кэролайн, не отводя взгляда от камина. – Что же вы наделали?

– Я правильно понимаю, что все это выдумка? – спросил Де Квинси.

Кэролайн как будто собралась с силами для ответа, но в конце концов лишь пожала плечами.

– Сегодня инспектор Райан навел справки о покупке дома на Парк-лейн, – сказал Де Квинси. – Это произошло семь лет назад, в сорок восьмом году. Никто понятия не имел, откуда вы приехали, но все были потрясены тем, что вы с мужем в состоянии купить дом на такой фешенебельной улице.

– Это действительно было потрясающе, когда мы купили этот дом, – задумчиво произнесла Кэролайн.

Де Квинси посмотрел на свою бутылочку с лауданумом так, словно пытался расшифровать тайны Вселенной, записанные на этикетке.

– Большинству людей сорок восьмой год запомнился как год революций. В различных странах Европы вспыхнул пожар, и бунтующие толпы свергли с престолов своих монархов. Сама Англия едва избежала такого пожара, когда сто пятьдесят тысяч рабочих прошли по Лондону, требуя от парламента признания своих прав. Только ужасная погода и значительные силы полиции положили конец кризису. Случайно ли совпало, что именно в том году вы приехали в Лондон?

Кэролайн продолжала молча смотреть на горящие угли.

– Ты сбежала из какой-то европейской столицы, находиться в которой было небезопасно? – предположил Де Квинси.

– Я могла бы рассказать тебе другую выдумку, но подозреваю, что ты не остановишься, пока не докопаешься до истины, – устало произнесла Кэролайн. – Да, я сбежала из Европы, не дожидаясь, когда революционеры отнимут все мое имущество.

– Значит, в тысяча восемьсот третьем году, когда я уехал из Лондона, вы с Брунеллом сбежали не в Бристоль, а в Европу?

Кэролайн кивнула с подавленным видом.

– Почему вы сбежали?

– Ты ведь знаешь, что Брунелл вечно кого-то боялся и никогда не ночевал дважды подряд в одном и том же доме.

– Да, я чувствовал его страх, – согласился Де Квинси.

– Тот, кого он боялся, в конце концов нашел его. Однажды, когда ты уже уехал в Итон, Брунелл ворвался в тот мрачный дом на Греческой улице и заявил, что мы должны уехать.

– Он же не признавал тебя своей дочерью, – заметил Де Квинси. – Почему же он взял тебя с собой, несмотря на спешку?

– Ты ничего не слышишь?

Кэролайн перевела взгляд к перегородке, скрывавшей труп в задней части гостиной.