Читаем Вице-адмирал Нельсон полностью

Помимо всего прочего вход в Королевский фарватер прикрывал мощный форт Трекрунор с семьюдесятью пристрелянными орудиями. Вдоль фарватера стояли на якорях шесть датских линейных кораблей, образующих с фортом единую оборонительную линию. На юг от форта были выстроены в линию остальные датские корабли, прикрывавшие непосредственно сам Копенгаген. Памятуя об абукирском маневре Нельсона, датчане поставили свои корабли вплотную к прибрежной отмели, и обойти их, чтобы взять в два огня, было невозможно. Прямо за кораблями на берегу располагалась цепь береговых фортов, которые поддерживали огнем свои сражающиеся корабли. По существу, для маневра Нельсону оставалась лишь узкая (не более пятисот метров) полоса воды между стоящими на якорях датскими линкорами и мелью Миддель Грунд.

Помимо этого сами датчане пылали ненавистью к коварным англичанам и желали дать им достойный отпор.

– Мы не какие-то там французишки! – говорили они. – Мы потомки викингов, державших в страхе всю Европу вкупе с Англией, а потому еще посмотрим, чей меч окажется острее!

Ветер в тот день был благоприятным для англичан, а потому весь задуманный план им вполне удался. На фалах «Элефанта» трепетал сигнал: «Ближний бой». Исполняя его, английские корабли подворачивали почти вплотную к датским линкорам, и ядра пробивали сражающиеся корабли насквозь через оба борта. Бой разгорелся сразу и был яростным. Датчане действовали уверенно, с берега их активно поддерживали огнем форты.

В 9 часов 30 минут эскадра Нельсона начала втягиваться в Королевский фарватер. Головной корабль вписался в него, но следовавший вторым «Агамемнон» не смог повторить маневр и был вынужден уйти в сторону. Остальные корабли справились с этой непростой задачей. Только два из них все-таки задели кромку мели и увязли в песке. К чести Нельсона, он успел вовремя скорректировать курс эскадры и вывести ее на глубокую воду. Свой «Элефант» он поставил против линейного корабля «Даннеброг», над которым трепетал флаг датского адмирала. Остальные линейные корабли сомкнули боевую линию. Места севших на мель линкоров заняли фрегаты. Конечно, это была неполноценная замена, а потому внимательно наблюдавший за развитием боя Паркер немедленно выделил из своего отряда три линейных корабля, которые сразу устремились вдогонку за эскадрой Нельсона.

К половине двенадцатого пополудни бой кипел по всей линии. Клубы порохового дыма вскоре практически скрыли картину сражения от наблюдавшего за ним Паркера, и он не на шутку забеспокоился:

– У меня создается впечатление, что Нельсон из жадности попытался отхватить слишком большой кусок и подавился им!

– Тогда не следует ли заставить его этот кусок выплюнуть, пока не поздно? – подал голос кто-то из подхалимов.

– Пожалуй! – пожевал губами Паркер. – Поднимите сигнал младшему флагману: «Немедленно выйти из боя!»

Нельсон нервничал. Датчане оказали такое яростное сопротивление, какого он от них никак не ожидал. Потери и повреждения росли с каждой минутой, а перевеса в бою все еще не было заметно. Да, датчане сильно отличались от храбрых, но плохо обученных французов и испанцев. Прекрасный флот, вышколенные команды и опытные адмиралы – все это вызывало вполне обоснованное опасение за благополучный исход сражения. Наконец боевое мастерство англичан начало сказываться и огонь датских линкоров несколько ослабел.

– Кажется, вот-вот наступит перелом в сражении! – высказал предположение Нельсон.

– Так и есть! – кивнул капитан Фолей, еще раз внимательно поглядев, как рушатся мачты датских кораблей.

В центре их линии горел флагманский «Даннеброг». Но датские моряки защищались отчаянно. Порой их корабли почти прекращали огонь, так как некому было заряжать пушки. Тогда с берега к кораблям подходили шлюпки с добровольцами, которые тут же становились у орудий, и батарейные деки снова оживали. Несколько раз англичане пытались на шлюпках пробиться к разбитым датским кораблям и взять их на абордаж, но все эти попытки пресекались: шлюпки нещадно расстреливались с береговых фортов.

На «Лондоне» неотрывно наблюдал за развитием событий вице-адмирал Паркер. Ожесточенное сопротивление датчан наводило на мысль, что затеянное дело может обернуться катастрофой, ведь они непрерывно пополняли команды своих сражающихся кораблей, тогда как англичане были лишены такой возможности.

– Нельсон совершенно потерял чувство реальности! – забеспокоился Паркер. – Надо срочно что-то предпринять, потом будет поздно!

К 14 часам огонь датских кораблей стал понемногу редеть. Нельсон сразу же уловил этот еще только наметившийся перелом в сражении. Увы, этой перемены не уловил Паркер.

– Поднимите сигнал номер шесть: «Вести бой на кратчайшей дистанции»! – распорядился Нельсон. – Еще немного – и противник не выдержит! Наступает решающий момент сражения, а может, и всей нынешней кампании!

– Ваша светлость! – раздался в этот момент крик вахтенного лейтенанта. – Старший флагман поднял сигнал: «Немедленно выйти из боя!»

На мгновение все онемели. Затем капитан Фолей вопросительно глянул на Нельсона:

– Командовать к повороту?