Читаем Витькина жизнь полностью

Всех подозрительных лиц задерживали.

Виктор подошел к первому КПП. Вояку видно, что это вояка, а матрос своей чертой характера вообще сильно отличается среди солдат и среди них существует даже какая-то невидимая граница, грань (подвижность, веселье на "подъёме", флотская подначка на любой недостаток в характере других, балагурство и т.п.).

Одним словом, была остановлена машина, военная (полуторка) для очередной проверки документов, следовавшая в сторону Мазанки. На ней в кузове было несколько военных г. и в кабине, рядом с водителем – старшина. Документы у Виктора были проверены и старший по КПП дал указание довести морячка до Мазанки.

Спустя минут 20 – и остановка у Мазанки. Какая-то незавидная деревушка. Всего несколько десятков дворов. Домики одноэтажные, сложенные из самана. Полы намазанные какой-то желтоватого цвета глиной. Поэтому, наверное, и назвали их "мазанными".

Сойдя с машины, стал искать расположение запасного полка (180 АЗСП). Oн расположился на краю Мазанки в небольшой тополиной рощице лагерем из землянок. На видном месте расположился за мебельным столиком полковой писарь. Возле столика уже находилась небольшая группа вновь прибывших солдат.

Виктор тоже присоединился к ней, достав необходимые документы. Когда же подошла очередь, писарь спросил – откуда прибыл? Витька быстро прикинул: сказать правду – из 20 САМ ЧФ, значит, вдруг опять направят туда, а там, кто его знает, что будет … И Витька буркнул: "Да пишите из дому".

Что там в действительности писарь написал – не известно, но в полку остался. Потом иногда этот случай приходил к памяти. Почему писарь написал со слов? Разве в документах не ясно написано oт куда прибыл?

Значит тогда же мог сказать откуда он прибыл даже бывший дезертир, изменник Родины, подосланный враг …? А так оно, наверное, и было. Но почему писарь всё писал? Но об этом потом.

Всех, вновь прибывших, построили, распределили кого куда – по ротам и взводам. Виктор попал в 3-ю роту в один из взводов. И сразу же назначен наводчиком ручного, пулемёта РПД отделения. Пулемёт Дегтярёва, с диском на 72 патрона. На каждое отделение выделена землянка. Койку представляла земля. По середине землянки вырыта небольшая траншея, глубиной 600 мм и ширеной около метра для прохода. Вместо матрацев – сухие листья, перемешанные с соломой. Сверху – шалаш (перекрытие) из сухих веток, так же перемешанные с соломой.

Рядом с Витькой разместился солдат из батальона выздоравливающих (он после ранения, лечился в госпитале) Гаран Ваня. Виктор с ним крепко подружился, "не разлей водой". Ваня был 1-м номером станкового пулемёта "Максим" в действующей армии, а тут обыкновенный стрелок.

На следующий день – 21.09.44г. – всех новобранцев повели в баню, после которой Виктора переобмундировали: флотскую робу пришлось снять и одеть брюки – бриджи галифе), гимнастёрку, ботинки солдатские и обмотки ("январь, февраль, март и т.д. – это с такой шуткой-прибауткой солдаты наматывают на икры ног обметки "Умора!). Но тельняшку и бескозырку Витька оставил. Был у него вместо вещь-мешка маленький чемоданчик "Подарок от мамы». Мама подарила eго ему для поездки в пионерлагерь Лоо, куда Виктору удалось съездить два года подряд перед самой войной. Затем этот чемоданчик выменял на вещмешок какой-то офицер.

И так, началась лагерная жизнь с повседневной полевой учебой нa военно-тактических занятиях. Конечно, Виктору нужно было постигать специальность отделенческого пулемётчика: прикрывать огнём своего пулемёта стрелков отделения, обеспечивать им наступательные действия, подавлять огнём обнаруженные огневые точки противника, прикрывать отход своих и т.п.

Недолго пришлось Витьке привыкать и к постели без матраца, простыней и одеяла. На листья ложится шинель, она же под голову (у кого вещмешок, у кого чемоданчик поверх шинельный воротник и один рукав). Укрываться – другой полой шинели. Прошло всего несколько дней и как будто бы, так и было, вроде бы никогда не было ни кровати, ни матраца, ни простыней с подушками и одеяла. Одним словом, началась солдатская повседневная военная жизнь.

6 ноября 1944 г. – приём военной присяги. Это вторая присяга – армейская, а первую присягу Виктор принял-то 24 июля 1943 года в день Военно—морского флота СССР, еще в 20 САМ ЧФ. Тогда были две военные присяги – в ВМФ, а другая – в Армии. Смысл у них был один и тот же – воин и моряк присягали честно служить Родине, но тексты несколько отличались между этими присягами.

7 ноября 1944 г. – участие в военном параде на площади в Симферополе. Виктор шел с ручным пулемётом РДП в первой шеренге пулемётчиков своего подразделения и на правом фланге строя. Это был Витькин первый военный парад.