Читаем Виски с лимоном полностью

— Ты для меня слишком горячий мужчина, Билл. Но я могла бы принять от тебя одну услугу. Я хочу, чтобы ты посмотрел кое-что для меня по делу номер 93-10-06782. Чеки, обнаруженные в мусорном баке вместе с телом.

— Это та Джейн Доу, что вся располосована?

— Угу.

— Жди, не бросай.

Он положил трубку, и я услышала звук отпираемой раздвижной двери и представила, как он идет по складскому помещению, по проходам между полками с вещественными доказательствами, выискивая нужный номер. Пока ждала, я допила налитый мне кофе, а потом пожалела о своей торопливости: теперь мне придется пить ту отраву, что продают в нашем участке. В конце концов я все-таки сломаюсь и куплю себе кофеварку, потому что жуткое пойло из кофейного автомата больше смахивало на вареные помои.

Я отложила поход за кофе и стала просматривать последнюю распечатку, оставленную федералами. Согласно этому списку, наибольшим сходством с нашим преступником обладал подозреваемый с вероятностью совпадения 48,6 процента. Убийство и расчленение охотничьим ножом трех женщин так и осталось нераскрытым, и я уже готова была позвонить в Бюро и запросить более подробную информацию, когда заметила, что все это произошло в 1953 году. В Номе, штат Аляска. Я швырнула бумагу в корзину, отправив вслед за ней пустой стаканчик из-под кофе.

— Джек?

— Да?

— У-ух, от твоего голоса меня всего так и пробирает. Я нашел для тебя чеки, козочка моя. Что с ними сделать?

— Посмотри на какой-нибудь. Кроме даты, там есть еще какие-нибудь цифры или номера вверху?

— Да. Два. В левом углу — 193, в правом — 227.

— Посмотри на другой чек.

— Слева — 193, справа — 310.

— Продолжай.

Он зачитал мне все двенадцать чеков, и оказалось, что на одиннадцати из них левый номер был 193. Один чек выбивался из общего ряда: на нем слева стоял номер 102.

— Что еще для тебя сделать, голубка? Проси что хочешь.

— Этого достаточно. Спасибо, Билл.

— Не за что.

Я связалась с информационной службой и, обобрав государство на тридцать пять центов, получила телефонный номер магазина «Севен илевен» на углу улиц Монро и Диарборн. Этот номер уже был где-то у меня записан, но, как и всех государственных служащих, меня неукоснительно учили тратить деньги налогоплательщиков при каждой возможности.

— «Севен илевен», — ответил голос с индо-пакистанским акцентом.

Я отыскала у себя на столе показания управляющего, который смотрел телевизор в то время, как Джейн Доу запихивали в мусорный бак перед его магазином.

— Мистер Абдул Хаким?

— Нет. Это Фазиль Хаким. Абдул — мой брат.

— Говорит лейтенант Дэниелс, полиция Чикаго, отдел особо тяжких преступлений. Уверена, что ваш брат рассказал вам о теле, найденном в вашем мусорном контейнере.

— Он только об этом и говорит. Это правда, что он прогнал убийцу, показав несколько приемов карате, что выучил по фильмам Ван-Дамма?

— Насколько я поняла, он все это время сидел и смотрел телевизор.

— Так я и думал. Чем могу быть полезен?

— Объясните мне, пожалуйста, что за два номера проставлены в верхних углах ваших чеков.

— Это очень просто. Верхний правый номер — это номер покупки. Верхний левый — номер магазина.

— У вашего магазина номер 193?

— Нет, лейтенант. У нас магазин номер 102. Мне кажется, магазин номер 193 находится на углу Линкольн и Норт-авеню. Позвольте, я справлюсь в телефонной книге.

Он замычал себе под нос что-то немузыкальное, а я ощутила в животе укол возбуждения, потому что моя догадка оказалась правильной.

— Я вам правильно сказал. Магазин номер 193 на углу Линкольн и Норт-авеню.

— Спасибо, мистер Рахим.

Я удовлетворенно положила трубку. В кабинет ввалился Бенедикт и вручил мне лист бумаги. Это была фотокопия рецептурного блокнота доктора Бустера — разве что теперь на нем виднелась надпись.

— Быстро вы управились.

— Мы посыпали порошком для снятия отпечатков пальцев, и он прилип к продавленным местам. Отпечатков — никаких, но надпись проступила.

Рецепт на шестьдесят кубиков секобарбитала натрия был выписан доктором Бустером.

— Почерк соответствует другим его рецептам. — Харб помахал папкой с делом доктора Бустера.

— Значит, как мы и предполагали, его убили ради рецепта.

— Мало того. Гляди, что мы еще обнаружили. — Бенедикт протянул мне еще одну фотокопию. — Это было написано страниц на двадцать впереди. Может, просто машинально чертил каракули, а может, Бустер пытался оставить нам сообщение, когда убийца был там.

Закорючки складывались в слова — всего два слова, практически едва читаемые: «СЫН БАДДИ».

— То есть убийца — сын Бадди?

— Может быть. Или просто сын его приятеля.[13] Или, может, это вообще ни к чему не имеет отношения. Я позвонил Мелиссе Бустер, и она сказала, что не знает никого по имени Бадди.

Я некоторое время поломала над этим голову.

— А что насчет списка его пациентов? Нет там никого с именем Бадди?

— Я проверил. Никого, даже близко.

— Давай проверим всю биографию Бустера, посмотрим, не знал ли он какого Бадди.

— Величественная задача.