— Вы, наверное, считаете меня дурной женщиной из-за того, что я подослала того человека в Стенхоуп?

— Я считаю, синьора, что это судьба, — ответил он.

Чуть позже, когда Габриэль, попрощавшись с Кэти, скрылась за дверями своего палаццо, он посмотрел на «племянницу» и добавил:

— Греческая трагедия.

22

На следующее утро они выехали в Рим, где заказали билеты на самолет компании «Алиталия», который вскоре после ленча вылетел в Хитроу. По контрасту с голубым небом Италии небосвод над Соединенным Королевством был обложен темными тучами, в главное скопище которых, идя на посадку, и нырнул самолет. Внизу их встретили сумрак, надоедливый моросящий дождь и разговор на повышенных тонах с аэродромным носильщиком. Выйдя наконец из здания аэровокзала, они первым делом стали вспоминать, где оставили свои автомобили. Как выяснилось, оба припарковались, хотя и в разных местах, на платной автостоянке для пассажиров аэропорта. Когда они нашли свои машины, Брок повернулся к Кэти:

— Полагаю, вам следует поехать ко мне домой и выяснить обстановку, прежде чем возвращаться в Кроубридж. Кто знает, что там произошло в ваше отсутствие?

Она согласилась и покатила за ним, стараясь не терять из виду его автомобиль, что было не так просто сделать из-за непрекращающегося дождя и большого движения по шоссе М-4. Переехав по мосту реку и миновав пригороды, они в скором времени добрались до Мэтчем-Хай-стрит и свернули в арку, выводившую к Уоррен-лейн. Припарковав машины во дворе, они чуть ли не бегом преодолели расстояние, отделявшее их от домика Брока, открыли дверь, повесили промокшие плащи на крючки в прихожей и поднялись по лестнице в кабинет хозяина дома. Брок зажег газ и занялся приготовлением чая. Кэти стояла у стекла закрытого балкона, поглядывая на аллею и железную дорогу за ней. Ей казалось, что прошло гораздо больше трех с половиной недель с тех пор, как они поджаривали здесь тосты и смотрели на мельтешившие за окном снежные хлопья. Если бы судьба предложила ей вернуться в то субботнее утро, когда они с Гордоном Даулингом отправились в Лондон, и отказаться от розысков дома Брока ради всеобщего благоденствия, то, печально подумала Кэти, она бы это сделала. И не из-за того, что она допустила ошибку, а по той простой причине, что цена оказалась слишком высока. Она мысленно перечислила своих знакомых, которые пострадали в результате того, что она заключила с Броком военный союз, — сам Брок, Гордон, Белли Мэнсфилд и, наконец, бедняжка Рози. Четверо людей — да еще она сама. Итого, пять жизней дали трещину. Не говоря уже о том, что Рози была убита.

— Одни счета. — Дожидаясь, когда вскипит чайник, Брок начал просматривать почту. — Почему бы вам не позвонить домой и не выяснить, поступали ли на ваше имя какие-нибудь сообщения? В доме есть кто-нибудь в это время дня?

Кэти взглянула на часы. Было четыре тридцать.

— Трудно сказать. Но я попробую.

В трубке некоторое время слышались гудки, потом ее взял слегка запыхавшийся Патрик.

— Уже вернулись, Кэти! Как все прошло?

— Прекрасно. Я привезла кое-что с собой, чтобы поднять настроение членам общественного комитета. Вы, случайно, не знаете, для меня оставляли какие-нибудь сообщения?

— Если не ошибаюсь, вами интересовались три человека. Вчера звонила одна женщина. Кажется, ее имя здесь записано, подождите… ага, Пенни Эллиот.

— Понятно… Она что-нибудь сказала?

— Просто просила вас перезвонить, когда приедете. Также звонила ваша тетя.

— Тетя Мэри?

— Да, из Шеффилда. Высказала аналогичное пожелание. Просила, чтобы вы позвонили, когда вернетесь.

Кэти вздохнула:

— Что-нибудь еще?

— В уик-энд заходил один парень. Крутой мужик, судя по внешности и повадкам. Родом, похоже, из Ньюкасла. Но своего имени не назвал.

По спине у Кэти пробежал холодок.

— Что он хотел?

— Спрашивал, где вы. Дверь открыла Джилл и объяснила, что бы уехали, но куда, она не знает. Тогда он сказал, что у вас хранится его вещь, которая в данный момент очень ему нужна. Джилл ответила, что ничем помочь ему не может, сделав при этом вид, будто вы нам запасного ключа не оставляли. Но он уверял, что вы сами дали ему ключ и разрешили подняться к себе в комнату и забрать этот предмет. Потом он притиснул Джилл к стене и вошел в дом. Но тут появился ваш покорный слуга и остановил его. Между прочим, этот малый — жутко наглый и самоуверенный тип. К счастью, через некоторое время он все-таки ушел. Но мы с Джилл до сих пор сомневаемся, правильно ли мы поступили.

Сердце у Кэти колотилось как бешеное. Что, интересно знать, у нее в комнате такого ценного?

— Вы все правильно сделали, Патрик. Никакой он мне не друг, и ключа ему я не оставляла.

— О Господи!

— Он больше не заходил?

— При мне — нет. Но напротив нашего дома уже пару дней стоит какой-то автомобиль, в котором сидит парень и читает газету. Похоже, время от времени его сменяет другой парень.