Мне помогли выйти из автомобиля. По сторонам стояли улыбающиеся люди. От ворот до самой канцелярии меня приветствовали тюремные стражи. Многих из них я знал, когда сидел в этой тюрьме, ожидая казни.

— Добро пожаловать, надзиратель Раймонд! — говорили они мне.

Когда я вошел в канцелярию, ко мне на шею бросилась стройная молодая грудастая женщина:

— Ох, дорогой мой! Наконец-то! — восклицала она. — Я так измучилась! Мне не разрешали даже навещать тебя!..

Я крепко обнял ее.

Я не обращал внимания на ехидный взгляд доктора Сэнсома, усмехнувшегося, когда я обнял свою жену.

Я был счастлив: я получил единственную работу, которая мне вполне подходила и была по душе.

Единственную работу, которую я мог выполнять хорошо.

С другой стороны решетки, но — снова в тюрьме!

Доктор Сэнсом знал, что он делает…

Джон Брюннер

Вас никто не убивал

Я придирчиво, как бы чужими глазами, просматривал отснятую пленку. Получилось в самом деле здорово! Она мертва вне всякого сомнения. Пожалуй, хватило бы и одного удара.

— Гарднер! Куда, к черту, девался Гарднер? Эй, кто-нибудь видел Гарднера?

Я вздохнул и выключил экран. Пленка замерла на том месте, где я стою нагнувшись, готовясь отрубить моей Дениз ноги. На миг в груди у меня похолодело, как и тогда, когда снимался этот эпизод, потому что наша бутафорская мастерская изготовила настолько похожий манекен Дениз, что ноги были точь-в-точь, как у живой. Впрочем моя мгновенная растерянность не нарушила общего эффекта.

Я зажег свет и поднялся с кресла. Черт побери шефа Крейна — не дал мне досмотреть до конца! Он поднимался по лестнице, сопя и отдуваясь, со злой физиономией и деревянной сигарой торчком во рту, — что тоже не предвещало добра. За шефом следовали две секретарши, похожие друг на друга, как близнецы: обе блондинки, обе красивые, у каждой в руках был магнитофон.

Крейн плюхнулся в кресло, которое я только что освободил, и ткнул искусственной сигарой в сторону экрана.

— Не знай я тебя, Джин, — заговорил он, — я мог бы надеяться, что ты просматриваешь эту дрянь, чтобы разобраться в своих недостатках. Но ты, небось, сидел, как всегда, и наслаждался своей гениальностью!

— По-вашему, это дрянь? — сказал я обиженно. — Скажите, шеф…

— Нет, ты лучше скажи, ты слышал последнюю сводку РТП?

Признаться, я смутился: сводку я не слышал. Но у меня не было оснований считать, что моя последняя передача изменила к худшему Результат Телевизионного Примера. Неужели какое-то катастрофическое падение и оттого хозяин так вспылил?

— Конечно, с тебя как с гуся вода! А ну-ка, девицы, включите оба магнитофона, пускай он услышит оценку!

Как всегда, корректные и, как всегда, холодные, девушки стали по обеим сторонам экрана и включили магнитофоны. Раздался голос Джада Логена, главного эксперта РТП. «На этой неделе телевизионная передача Джина Гарднера «КАК УБИВАТЬ ВРЕМЯ» имела своим результатом 860 убийств, совершенных в течение 48 часов после демонстрации. Соответствующие цифры за ту же неделю в прошлом году — 721,4. Тема последней передачи — «убийство топором».

Магнитофоны щелкнули и смолкли. Все еще не понимая причины гнева хозяина, но уже с некоторым облегчением я повернулся к нему:

— Так чем же это плохо? Назовите того, чья серия из недели в неделю вызывает такой неуклонный рост?

Но Крейн не был настроен уступать. Он снова сунул в рот свою деревяшку.

— Да, но тебе известно, на сколько выросло за этот год население только в черте города? На целых четыреста восемьдесят тысяч!

— Если вам угодно, шеф, чтобы я вернулся к Ланкастеру, вы прямо так и скажите! Все его передачи отстают на девяносто, а то и на сто РТП от моих! Впрочем, если бы вы присели и девушки тоже и просмотрели с начала до конца мою работу, то, может, мы бы вместе и нашли какой-то новый поворот.

— Что ж, стерплю еще разок, пожалуй. И вы садитесь! — скомандовал он девицам.

Я нажал кнопку дистанционного управления на ручке кресла и прокрутил фильм обратно до заглавных титров.

— Звук я выключил, чтоб не мешал, — сказал я. — Начну с названия. Моя фамилия, видите, белым, и слово «время» тоже белым. Все остальное — кроваво-красным, так что читается: «КАК УБИВАТЬ время».

— А не лучше ли оставить только то, что красным, и вообще убрать белое, чтобы никто не мог ошибиться? — заметила одна из девиц.

— Идея! — согласился я. — Посоветуюсь с психологом сценарной группы. Боюсь, ему покажется слишком откровенным: одно только КАК УБИВАТЬ.

Секретарши засмеялись в один голос.