Читаем Vip-зал полностью

Как раз когда она собиралась открыть дверь, появился Тедди.

– Ты правда не хочешь знать, что я могу рассказать о звонках?

– Ты можешь позвонить мне позже? Такси ждет. Ты же такой мобильный эксперт, должен знать, что можно звонить на ходу?

– Ты хочешь узнать или нет?

– Ну хорошо, в чем дело?

– Тебе нужна не только детализация звонков от оператора. Затребуй информацию о том, где телефон находится. В детализации будут только номера, по которым Филип звонил и с которых звонили ему. Но если ты получишь данные о подключении к сети, то увидишь, к каким вышкам подключался его телефон. Тогда мы сможем отследить, где он находится. В полиции так всегда делают.

– Хорошо, спасибо. Я попрошу об этом. И еще один момент. Не покалечь им руки, когда будешь прощаться.

В такси она положила на колени айпад Филипа.

Она зашла на его страницу в Facebook. Пароль не потребовался, вход произошел автоматически. Еще вчера она обратилась в скандинавское отделение соцсети с просьбой предоставить все данные о его аккаунте, то есть архив сообщений, информацию о друзьях и так далее. Но она была почти стопроцентно уверена, что получит отказ, такие данные они предоставляют только полиции.

– Во всяком случае, с американскими спецслужбами они этой информацией охотно делятся, – заметил тогда Магнус.

Фотография профиля была довольно нейтральной, темное фото в каком-то клубе или ресторане. С низким разрешением.

Семьсот сорок восемь друзей. Последним было сообщение от человека по имени Фредрик Ленн: «Спасибо за наводку, напитки были крутейшие!»

Эмили пролистала список друзей. Некоторые имена были ей знакомы, но ничего удивительного. Эти люди практически ее ровесники, жили в том же городе и тем или иным образом занимались бизнесом. Некоторые из друзей Филипа к тому же работали в юридических фирмах. Одного парня она даже знала по университету. Его считали невероятно талантливым, перспективным будущим партнером. В юридических фирмах через пару лет работы всегда становится понятно, кто далеко пойдет, кто on track, а кто нет. «Лейонс» не была исключением. Об этом не писали в информационных материалах на сайтах или в брошюрах, которые раздавали жаждущим работы студентам последнего курса. Но руководящим принципом в таких фирмах был up or out, «вверх или прочь». В двух словах смысл заключался в том, что если вы не двигаетесь вверх по карьерной лестнице, ваша зарплата не растет и вы не получаете от начальства поощрений, то от вас ждут, что вы смените работу. Нет, вас никогда не уволят – чтобы не портить репутацию. Подразумевается, что вы уйдете сами. Если вы ничего не предпринимаете – вам начинают посылать объявления о поиске сотрудников из других фирм. Больше ничего, только объявления: «Вольво» требуется юрист для сопровождения деятельности предприятия, с опытом работы в аналогичной сфере», ««АстраЗенека» ищет руководителя отдела комплаенс-контроля».

«Вверх или прочь» – элементарный принцип. Если вы не можете добраться до самой вершины – уходите. Многие считали, что это жестокая система, но не Эмили. Она считала, что ключ к выживанию в такой конторе прост: все должны стремиться быть лучшими.

Проблема была в обмане.

Она вспомнила другого парня, который работал в фирме, Оливера. Ему было всего двадцать три, когда он закончил университет[7]. Такое встречалось нечасто: обычно выпускники посвящали себя другим занятиям по крайней мере в течение года после выпуска – уезжали в Париж подучить французский, служили в армии, изучали что-то, связанное с искусством. Но не Оливер. Он с самого начала знал, чего хотел, и к тому же перепрыгнул через класс в школе. Он выбирал между «Лейонс» и одной фирмой в Лондоне. На меньшее он был не согласен.

В свой первый год в «Лейонс» он участвовал в восьми проектах, установил рекорд дебетного времени среди новичков, успев отработать тридцать тысяч сто часов. Из пятидесяти двух выходных сорок восемь он провел на работе, отпуск взял всего на четыре дня, сидел в офисе на Рождество и Новый год и там же отпраздновал Иванов день.

Он никогда не ошибался, был прекрасным юристом и так же прекрасно ладил с людьми. Он занимался организацией корпоративов, на второй год стал куратором новичков, работал над сборником к юбилею профессора Яна Фридмана, посвященном договорам на передачу акций. На третий год его отправили на секондмент-стажировку в «Клиффорд Ченс» в Лондоне. Это было знаком, что на него возлагались большие надежды. На четвертый год он побил свой старый рекорд, наработав три тысячи шестьсот часов. Такого в стокгольмских фирмах еще не случалось. Он работал по шестнадцать часов в сутки, включая субботу и воскресенье, и так круглый год.