Читаем Викинг полностью

В строю же, наоборот, большая часть — старые. Вон у того борода совсем седая. Прав Гуннар: старики и дети. Только такие старики, с опытом и навыками, наработанными в виках, могут ой как много проблем создать. Да и детишки… Послать стрелу в ногу может даже десятилетний ребятёнок. Когда у тебя в роду с десяток поколений профессиональных воинов, а обучение искусству убивать начинается с пяти лет, то… Сами понимаете.

Я шагнул вперед. Уилл и Дикон — на носу драккара с длинными луками. Если у кого из местного молодняка сдадут нервы, то я такому нервному не завидую. Помимо стрелковой поддержки на выигрышной высоте, за моей спиной — плотная стена щитов. Восемнадцать хирдманов. Один к одному. Страшная сила для тех, кто понимает.

Старики, выстроившиеся напротив, понимали. Их было больше, но они не обольщались. Мы — круче. Даже те «мы», кто сейчас на берегу. А ведь местные видели на рейде еще два корабля. Откуда им знать, что там — главным образом раненые и почти такой же молодняк, как за их спинами.

Из общего строя мне навстречу выдвинулся дед. Тот еще дед. Чем-то он мне напомнил дядьку моего кормчего Ове Хёдина Моржа или «берсерк-мастера» Стенульфа. Широченный, высокий, в движениях ни намека на дряхлость.

— Я — Ульф-хёвдинг, человек Ивара Рагнарсона, прозванного Бескостным, — представился я.

— Что тебе надо, дан? — невежливо прогудел старик.

Рядом со мной тут же оказался Медвежонок.

— Можно я убью этого дерзкого, хёвдинг? — прорычал он, глядя исключительно на старика.

Тот враз заценил крутые наколки моего побратима, но если и испугался, то виду не подал.

— Уважай старость, — строго, но с намеком произнес я. — А ты, дедушка, не испытывай мое терпение. Назовись!

— Что тебе в моем имени, дан! — буркнул храбрый дед. — Знай, что без крови ты ничего не получишь!

— Ты стар, — с пониманием проговорил я. — Тебе хочется погибнуть с мечом в руке. Я это понимаю. Если ты этого так жаждешь, мы можем выйти один на один, я убью тебя, и ты получишь желаемое.

— Это мы еще поглядим, кто кого убьет! — воскликнул дед, но я реплику проигнорировал.

— Ты лучше подумай о тех, кто стоит за тобой. О детях, женщинах… Что с ними будет, когда вы все отправитесь в Валхаллу?

А женщин-то — немало. Целая толпа. И трэлей не меньше сотни позади тусуется. Большое село. Богатое. Но трэли вряд ли вступят в бой. Вот если бы силы были примерно равными, тогда другое дело. Тогда точно нашлось бы несколько храбрецов, готовых рискнуть жизнью, чтобы обрести свободу.

— А что изменится, если я тебе уступлю? — насмешливо спросил дед-командир. — Ты сохранишь мне жизнь? Так знай: ни я, ни они, — жест в сторону остальных ветеранов, — не уступят. Лучше умереть, чем видеть то, что вы сотворите с нами.

— Ты не вождь, — пренебрежительно бросил я. — Ха! Я убивал врагов, когда ты еще сосал титьку.

— Убивать — дело нехитрое. Даже дурак на такое способен. Ты — простой хирдман. Я не стану с тобой говорить. Есть ли здесь кто-то, получавший хотя бы две доли добычи?

— Есть!

Из общей толпы выдвинулся совсем уже старый дедок и заковылял к нам.

— Брат, — шепнул мне Медвежонок. — Что с ними болтать! Давай убьем всех и возьмем то, что нам нужно!

Вот убивать-то я как раз не хотел.

— Не вижу чести в том, чтобы убить два десятка стариков, — негромко ответил я. — Боги подсказывают мне: этого не следует делать.

Вот так. Никакого проявления гуманизма. Только — высшие силы. Это для Свартхёвди понятно. Ага, Гримар не утерпел:

— Чего ты ждешь, Ульф Черноголовый?

Ага, я уже не «хёвдинг», а просто «Ульф». Резни тебе захотелось, Короткая Шея? Перебьешься. Только если мне не оставят выбора.

— Рот закрой! — жестко бросил я. — Я — хёвдинг! Я знаю, что делать.

— Он знает, — подтвердил Медвежонок. — Помолчи, родич.

Дедок наконец-то доковылял до нас. Ему было трудно двигаться по песку — с палкой вместо ноги.

— Я — Эйн Гусь, наставник Бринхиля-ярла. Это его земля. Если бы он был здесь, ты бежал бы отсюда быстрей, чем драккар, гонимый штормом.

— Возможно, — согласился я. — Но сейчас ярла здесь нет, Эйн. А мы — есть. И нам нужна пища в дорогу, потому что путь нас ждет неблизкий, и кров на эту ночь. От женщин мы бы тоже не отказались, потому что плавание наше было трудным. И мы получим то, что хотим, потому что сила — на нашей стороне. Ты — старик, ты мудр, скажи мне, как поступить? Убить их всех, — кивок в сторону местного воинства, — как того желает этот безымянный карл, и потом обойтись с вами как мы обходимся со всем, что добыто кровью и клинком, или войти в ваши дома не победителями, а гостями…

— Что ты говоришь, хёвдинг? — прошипел Гримар. — Какими гостями?

«Пошел-ка ты в жопу, убийца», — посоветовал я ему мысленно и продолжал:

— Гостями, которым окажут почет и одарят всем необходимым, как велят нам боги. Так как же мне поступить, Эйн?

Хороший у этого Гуся взгляд. Проницательный. Я изобразил лицом максимальную искренность. Тем более что я и был искренен. Теперь всё зависит от одноногого дедушки. Поверит мне — и крови не будет. С Гримаром и такими как он я справлюсь. Хёвдинг я или кто?