Читаем Вихри Валгаллы полностью

— Слишком усердное изучение одной доктрины в ущерб альтернативным сужает кругозор. Я имею в виду Маркса и его теорию прибавочной стоимости. В реальной жизни нетрудно встретить бескорыстного капиталиста и алчного пролетария. Да зачем далеко ходить? Столь презираемые вами русские аристократы, за редчайшим исключением, национальное достояние не разграбляли. Можете себе представить гвардейского генерала, ночью выковыривающего бриллианты из царской короны, чтобы на рассвете бежать с ними за границу? А ваши товарищи, которые авангард рабочего класса и трудового крестьянства… — Движением руки он остановил желавшего что-то возразить Троцкого. — Это я просто для примера, дискуссии затевать не будем. Я сейчас закончу. Так вот. Как для вас высший интерес состоит в осуществлении мировой революции на благо всего человечества независимо от его, человечества, желания и не заботясь о цене «всенародного счастья», так для меня он противоположен. Мне хочется удостовериться, возможно ли мирное сосуществование двух противоположных экономических и политических систем в одной отдельно взятой стране и, более того, достижение на этой базе нового мирового порядка, основанного на балансе сил и общечеловеческих интересов…

«Во завернул! — восхитился про себя Левашов. — Не Сашка, а чистый Дизраэли».

На Троцкого шульгинский пассаж тоже произвел определенное впечатление. А тот заливался дальше:

— В ближайшее время можно ожидать начала скоординированного и массированного давления со стороны Запада. И против РСФСР, и против Югороссии. Вплоть до военной интервенции. Имеющиеся у нас разведданные это подтверждают. Поэтому мы предлагаем вам заключить сверхсекретный трехсторонний договор…

— Трехсторонний? — все же сумел вклиниться в поток Сашкиного красноречия Троцкий. — Между кем, кем и кем?

— РСФСР, Югороссией и той третьей силой, которую я сейчас имею честь представлять. Условно назовем ее «Союз пяти»…

— Чего «пяти»? Государств, финансовых корпораций, церквей?

— Пока это неважно. Суть договора: обе имеющие быть на территории бывшей Российской империи независимые республики заключают тайный военно-политический союз. Публично они продолжают идейное, экономическое, какое угодно еще соперничество, вплоть до взаимных угроз применения военной силы, проводя на самом деле скоординированную внешнюю и внутреннюю политику, оказывая друг другу необходимую помощь в достижении национальных интересов каждого из государств. То есть они помогают вам строить здесь социализм, а вы им — буржуазно-демократическое общество всеобщего благоденствия. «Союз пяти» берет на себя обязательство выступать в качестве гаранта и арбитра означенного договора, предоставляет сторонам тайную дипломатическую поддержку в проведении их внешней политики, а также финансовую и научно-техническую — во внутренней…

— Знаете, Александр Иванович, все, что вы сказали, крайне интересно, однако такие документы на слух никто из серьезных политиков обсуждать не станет… Представьте текст документа, создайте авторитетную комиссию. Мы все это обсудим, подумаем, поспорим скорее всего, а уж потом…

Тут наконец вмешался и Левашов:

— Лев Давыдович, процедурные вопросы мы, конечно, обсудим, но прошу вас учесть заранее: и вы, и мы выжить сумеем только в предложенных обстоятельствах. Хотите изображать из себя непреклонного борца за коммунизм — пожалуйста. Но когда вас станут ставить к стенке или ледорубом по голове мочить, не говорите, что вас не предупреждали…

Троцкому, наверное, такой намек из будущего по душе не пришелся, но в то же время он его правильно и не понял.

Шульгин, выждав минутку, вернулся к прежней теме:

— Дипломатические процедуры мы отложим на будущее. Товарищ Левашов для этих целей здесь и присутствует, облечен всеми соответствующими полномочиями, и новых представителей пришлем, создадим необходимые комиссии. Можете подготовить встречные предложения. Главное, чтобы у нас была пусть устная, но серьезная договоренность решать предстоящие проблемы не во вред друг другу и только на базе взаимных консультаций. Вот так. А сейчас мне от вас требуется разрешение на поездку в район границы с ДВР, бронепоезд с экипажем, к которому я прицеплю два-три своих вагона для меня и моего штаба, надежный мандат ко всем советским властям по маршруту…

— А цель этой поездки, извините?..

— Ознакомительная, если угодно. У нас есть некоторые интересы в Сибири и на Дальнем Востоке. Взаимная польза, в случае если мои гипотезы подтвердятся, будет не меньше этой… — Шульгин вновь указал движением головы на лежащие перед Троцким бумаги. Тот понял намек.

— Когда вы намереваетесь выехать?

— В ближайшие дни. По крайней мере я бы хотел, чтобы вполне боеспособный, снабженный всем необходимым, с абсолютно надежной командой бронепоезд был готов послезавтра. И мандат тоже. О деталях же мы договоримся с товарищем Аграновым…

— Хорошо. Все необходимое будет сделано. — Троцкий встал и протянул, прощаясь, мягкую ладонь с ухоженными ногтями.

Шульгин с Левашовым дошли уже до двери, и Сашка, как бы вспомнив, приостановился.