Предлог… И вот теперь она, повидавшись с Тукаем и готовая умереть от расстройства, возвращается к Бигиевым. Что она скажет Марьям и сестре Асме? Скажет, мол, Тукай меня даже слушать не захотел? К счастью, домашние, увидев её состояние, не стали донимать ненужными вопросами.

– Успокойся, милая. Если судьбой не суждено, то, как ни старайся, ничего не добьёшься. В Чистополе ходили слухи, что он любит Зайтуну, дочь Хайдара-абзый. Неужели ты не слышала?

– Зайтуну? Ты сказала «Зайтуну», сестра?! Когда, когда успела эта девчушка завоевать сердце Тукая?

– Говорят, она очень решительная девушка, так же, как ты, стремится к знаниям. Поговаривают, что поехала учиться в школу Буби, в Агрызские края.

Для Уммугульсум это стало ещё более убийственной новостью. К своей двоюродной сестре Зайтуне она относилась как к девочке-подростку. И вдруг оказалось, что та уже выросла. И влюбила в себя такого поэта, как Тукай. Она и впрямь славная девочка, эта младшая дочь Хайдара-абзый. Видя её любовь к чтению, Уммугульсум ей то и дело давала книги и журналы. Зная, что их семья бедствует, иногда дарила одежду. В последний приезд Уммугульсум они вдоволь накупались в Каме. Ты только глянь на неё, хоть бы раз упомянула Тукая! Уммугульсум ожидала чего угодно, но только не такого поворота.

На следующий день она долго размышляла, идти ей на Сенатскую площадь или нет. Ей не хотелось показываться на люди в таком состоянии. Но, привыкшая каждое дело доводить до конца, как она могла не завершить дело, которое сама же начала?

В тот день собралось много тех, кто хотел помочь больным туберкулёзом. Привезли и Тукая. Поэта, одетого на европейский манер, было не узнать. Он стоял и слушал окруживших его студентов. Время от времени покашливал. В сторону Уммугульсум он не бросил даже случайного взгляда. Потом его куда-то увели. Так на грустной ноте завершилась для девушки её встреча с поэтом.

Через несколько дней Уммугульсум услышала от Мусы Бигиева, что Тукай собирается уезжать из Петербурга. Оказалось, что Муса-эфенди время от времени навещал Тукая. Он участвовал и в банкете по случаю проводов поэта. Но по какой-то причине не поехал провожать Тукая. Как бы ни уговаривали подруги, Уммугульсум решила тоже не появляться на вокзале. Много позже, повстречавшийся ей на Невском журналист Кабир Бакир, который сопровождал Тукая до Москвы, сказал:

– Не увидев тебя среди провожавших, Тукай расстроился. Сказал: «Ваша Джоконда оказалась очень гордой девушкой».

– Больше ничего не сказал?

– Его дни сочтены. Молись за него… Это и доктор подтвердил.

– Как?! Как молись?! Говори, ради всего святого! Ради Аллаха, скажи, где его можно найти?

– Ты опоздала, Джоконда. Мы все опоздали…

Сказав это, Кабир Бакир ушёл, оставил девушку посреди улицы, в одиночестве среди сотен людей. Разве можно после этой новости пойти на занятия в институт? Увидев неподалёку почту, Уммугульсум направилась туда. Наверное, надо быстрее отправить Фатиху Амирхану письмо, объяснив ситуацию. Он непременно что-нибудь придумает. Постой, почему Фатиху Амирхану? Ведь на свете есть чистая, как роса, Зайтуна. Пусть она обернёт своей горячей любовью сердце поэта. Пусть она займёт всё его существо. Пусть смоет все обиды и разочарования в душе поэта! Только пусть Тукай живёт!

Не успела Уммугульсум написать первые слова письма «Зайтуна, милая…», как слёзы ручьём потекли из глаз. Нет, написать такое письмо ей не под силу. И тогда она решила писать старшей сестре – Шамсенисе. Уммугульсум попросила сестру в кратчайшее время подготовить Зайтуну, выдать ей денег на дорогу и проживание и отправить к Тукаю в Троицк. Ответ Шамсенисы не заставил себя долго ждать. Сестра сообщала, что Зайтуну не смогли найти ни в Чистополе, ни в Казани. Неужели это коварные игры судьбы? Неужели Уммугульсум на Сенатской площади видела Тукая в последний раз? Нет, нет, этого не может быть…

Так с болью писал поэт. И теперь Уммугульсум повторяет эти строки снова и снова, заклинает, словно Тукай. На этот раз «страж любви», решив стать ласковым ветром судьбы, лишь нежно коснулся красивых каштановых волос Уммугульсум.

* * *

…Однажды этот тяжёлый занавес и в самом деле поднимется. Перед поэтом, собравшимся в последнее путешествие – в вечность, предстанет светлый ангел, вернувшийся к нему из дальних путешествий. И…

Но пока, до той последней встречи, их ожидал долгий путь испытаний и короткий – на расстоянии вытянутой руки – печальный год.

Сестра милосердия