Читаем Ветер над яром полностью

А что до кинокомедии, то удача комедийной кинофантастики начинается, конечно же, со сценария. Впрочем, и добротный сценарий не всегда спасет фильм. И можно спорить о кинокомедиях “Тридцать три” (“Мосфильм”, 1965), “Кин-Дза-Дза” (“Мосфильм”, 1986) как о фильмах своеобразных, но использующих фантастику по методу “стрельбы из пушек по воробьям” (заметим, как быстро забываются подобные фильмы по прошествии даже сравнительно небольшого отрезка времени со дня выхода их на экраны) — у комедийной кинофантастики свои уровни значимости и действенности. Но в советской кинофантастике последних 15 лет есть две несомненные удачи, проверенные, так сказать, временем. Речь идет о фильмах “Иван Васильевич меняет профессию” (“Мосфильм”, 1973) и “Бегство мистера Мак-Кинли” (“Мосфильм”, 1975), которым как зрители, так и кинокритика не отказали во вполне заслуженных высоких оценках. И произошло это не столь уж случайно.

Прекрасным исходным материалом для первого из названных фильмов явилась пьеса М.Булгакова “Иван Васильевич”. В ней имелась фантастическая посылка, имелась драматургия для исследования характеров на фоне фантастических трансформаций, кроме того, вариантность в выборе ракурса “осовременивания” содержания. С помощью фантастической машины времени, изобретенной нашим современником, поменялись местами в своих эпохах царь Иван Васильевич и бюрократ-управдом с тем же именем из XX века… Со свойственной его натуре решительностью царь Иван Васильевич реагирует на недостатки современного быта, а его “двойник”, попавший в прошлое, — проявляет обывательскую натуру… Такой прием позволил в комедийно-сатирической форме показать, что мещанин и обыватель остается таковым во все времена и эпохи. Фантастика же использовалась в фильме как прием, но прием не произвольный, а сюжетно обусловленный. Фактически гипотетическая машина времени, кстати, реализованная в фильме с учетом комедийного жанра (то есть в юмористических красках и проявлениях), появляется лишь в самом начале комедии и в конце ее, да и то на несколько секунд. О ней зритель забывает, поскольку не машина является центром притяжения кинокомедии, хотя без нее сопоставление эпох и было бы малооправданным. А кинокомедия разворачивается по всем правилам этого жанра в увлекательной форме, с избытком комичных и эксцентричных сцен, свойственных почерку режиссера Л.Гайдая, с обилием музыки и песен, органично введенных в фильм, с необычайно яркой и пластичной трансформацией ансамбля талантливых актеров (картина привлекла к работе Ю.Яковлева, Л.Куравлева, М.Пуговкина, В.Этуша и др.). И все-таки фантастика в данном случае служила приемом для обращения в большей степени к бытовым конфликтам и темам, на что была нацелена по сути дела и сатира пьесы. Острое социальное звучание фильма затушевывалось развлекательной эксцентрикой.

Однако оказаться в другом времени, как явствует из реалий фантастического мира, можно и с помощью других способов…

Пьеса-памфлет известного советского писателя Л.Леонова “Бегство мистера Мак-Кинли”, положенная в основу сценария одноименного фильма, использует некогда расхожую в фантастической литературе идею “замораживания” людей с целью перенести их столь своеобразным способом в будущее. По сути дела в центре киноповествования лежит не столь уж и фантастическая посылка. Время иногда столь неожиданно изменяет судьбы фантастических идей, что они, прожив сравнительно недолго в сфере литературных домыслов, теряют вдруг свою невероятность и недостижимость. Когда создавалась пьеса (1961), сама идея еще казалась в целом фантастической, хотя и тогда научные представления допускали, что замораживание живых организмов приводит к значительному замедлению жизненных процессов в них, затормаживает процесс старения и создает благоприятные условия для своеобразного “перемещения” их во времени. Но уже в конце 60-х годов на Западе (в основном в США) начался настоящий бум по замораживанию живых людей…

Дельцы от науки, используя еще не совершенный способ замедления жизнедеятельности организма, организовали фирму по “замораживанию” желающих вернуться к жизни за гранью XX века. Конечно, такой путь в будущее (весьма сомнительный, как уже отмечалось) был доступен лишь немногим, в основном миллионерам, и решались на подобный эксперимент в основном люди, пораженные раковыми заболеваниями. Да и прогрессивная наука отвергла столь антигуманные опыты на человеке, поскольку не было и нет никакой гарантии в возвращении замороженных к жизни. В данном случае, как видно из реальных фактов, важно подчеркнуть, что к моменту появления фильма “Бегство мистера Мак-Кинли” на экранах (1975) для зрителя представляла интерес не столько фантастическая исходная ситуация (незадолго до появления фильма на наших экранах демонстрировалась французская кинокомедия “Замороженный”, где ситуация с замораживанием и пробуждением человека вообще служила предметом своеобразного пародирования зарубежного бума), сколько социальные и нравственные идеи, заложенные в киноповествование.