Читаем Ветер истории полностью

Он растерянно улыбнулся, глядя мне в глаза и смутившись своей слабости, вышел, пообещав вернуться вскоре для работы над статьей. Я углубился в работу. Хорошо знать результаты заранее, можно притягивать логику к уже готовым решениям. Свою имитацию аналитики я построил на схеме "система — антисистема — контрсистема", где системой был царизм, еще только создаваемое Временное Правительство представлялось нежизнеспособным огрызком системы, служащим для ликвидации страны по заказу внешних сил, а террористические организации антисистемой, способной только разрушать. Почетное звание "контрсистемы", которой предстояло спасть страну от хаоса и гибели, я отвел, конечно, большевикам. Прямо их назвать не мог, но описал максимально узнаваемо. В меру своих знаний о большевиках, конечно, а знал я о них крайне мало.

Вениамин Петрович вернулся через пятнадцать минут и не один. Он шумно вломился в комнату с печатной машинкой в руках, а следом вошел молодой человек с аккуратно зализанным пробором.

— Садитесь — скомандовал подпольщик, грохнув машинку на стол.

Молодой дисциплинированно уселся на указанное место, споро заправил лист, предварительно выровняв машинку и замерев с поднятыми над клавиатурой руками, выжидательно уставился на нас.

— Рано пока, — сказал я — еще не готово.

Молодой опустил руки на стол и сделал отсутствующее лицо, а мы накинулись на статью. Нормальной статьи не вышло, время поджимало. Так что вместо нее набросали краткую выжимку с обещанием в конце дать более объемный материал по окончанию событий. Кромков убежал со статьей, а я напряг молодого на поиск телефона. Телефон нашелся на втором этаже. Я было спросил, что с этим аппаратом делать, но вовремя спохватился и с умным видом взял трубку.

— Слушаю — отозвалась трубка голосом знаменитой барышни.

— Военную автомобильную школу, пожалуйста.

— Соединяю.

Вскоре трубку взял дежурный офицер.

— Здравия желаю, это прапорщик Пациент.

— Ваше превосходительство, прапорщик Пациент у аппарата. — ответил дежурный в сторону. Раздался невнятный удаленное бормотание, шорохи и, наконец, голос Секретова.

— Прапорщик, где вы? Доложите ситуацию в городе.

— Я в Таврическом Дворце. В городе революция. На данный момент это выражается в беспорядках и уличных боях, много погибших. Разграблен Арсенал, разгромлены тюрьмы, все заключенные выпущены, в том числе уголовные. Сожжено отделение охранки, несколько полицейских участков. На улицах убивают городовых и офицеров, наиболее везучих арестовывают.

Секретов издал какой-то сиплый звук, прокашлялся и помолчав, спросил.

— Вы сами в безопасности?

— Так точно, планирую спасать офицеров.

— Каким образом?

— Вольюсь в процесс, буду арестовывать. Думаю, страсти за день-два улягутся и их выпустят.

— Ну-у.. — Секретов явно растерялся от такого подхода. — Если вы считает, что это может их спасти, то я одобряю ваш план. Действуйте.

Секретов повесил трубку не прощаясь, видимо совсем потерялся, а я направился на выход. В коридоре меня опять перехватит Кромков в компании с незнакомым человеком.

— О! Это и есть товарищ Волков.

— Рад знакомству — протянул руку незнакомый — Посмотрел ваши тезисы — толково. Только не вы один такой умный, Петросовет уже формируется. Так что власть буржуям мы просто так не отдадим. Что планируете делать сейчас?

— Думаю, основные цели для себя вы уже наметили и ответственных назначили. Так что мне остается только наведение порядка в городе.

— Да, Вениамин Петрович был прав — вы действительно хорошо просчитываете ситуацию и решительно действуете. Даже выявили наше упущение.

Меня познакомили с несколькими активистами, которым поручили наводить порядок во главе со мной. Я коротко проинструктировал новых подчиненных, велев пресекать самосуд и всех потенциальных врагов революции арестовывать для последующего разбирательства. Погромщиков решили разгонять стрельбой в воздух, а если не угомоняться, то на поражение, мародеров и грабителей расстреливать на месте. Быстро нарезав район на участки, мы, подобрав себе по десятку добровольцев, разошлись.

Первый погром мой отряд пресек уже через десять минут. Какие-то оборванцы громили аптеку. После первого залпа все, кто был снаружи, разбежались. Я с парой рабочих зашел внутрь, осмотрелся и пошел на шум. Шумевших нашел в подсобке. Здоровенный пьяный мужик бил пожилого уже продавца.

— Прекратить!

Бугай остановился и увидев меня зло оскалился.

— А-а-а, охфицер пожаловал. Ща и тобой займусь.

Оставив скукожившегося в углу продавца, он направился ко мне. Я молча достал маузер, а один из рабочих неумело наставил штык. Бугай уставился на оружие расширенными зрачками, а потом вытянул из-за пояса крупный револьвер. Ждать дальнейшего я не стал, просто пристрелил его и пинком выбил оружие из рук еще дергающегося погромщика и перешагнув через него, подошел к продавцу.

— Вы в порядке? Врач нужен?

— Ничего, ваше благородие, я уж как-нибудь сам — зашевелился тот — сейчас полежу немного и оклемаюсь.