Читаем Весна победы полностью

Секретарь Центрального Комитета партии, кандидат в члены Политбюро, начальник Главного политического управления РККА генерал-полковник А. С. Щербаков принял меня в середине мая в своем кабинете в здании ЦК ВКП(б). Я прежде часто встречался с ним по работе и хорошо его знал, поэтому, когда увидел Александра Сергеевича теперь, поразился перемене, происшедшей в его внешности. Чувствовалось, что Щербакову по-прежнему приходится много трудиться, недосыпать и что со здоровьем у него неважно. Лицо припухшее, с желтизной, и лишь живость во взгляде и добрая улыбка напоминали прежнего Александра Сергеевича.

Встретил он меня приветливо. Первые вопросы были о том, как доехал, что нового на нашем фронте, где семья.

Я в свою очередь поинтересовался его здоровьем. Щербаков грустно улыбнулся, откинулся на спинку кресла, не глядя, привычным движением открыл средний ящик стола, вынул небольшой флакончик, высыпал из него на широкую ладонь несколько желтоватых горошинок, бросил их в рот и запил водой.

— Здоровье, спрашиваете? Оно переменчиво. Все вот этим, — он кивнул на флакончик, — приходится пробавляться. Главное — дотянуть до победы. Мы к ней, пожалуй, теперь ближе, чем когда-либо. — Александр Сергеевич протер платком стекла своих очков и продолжал: — Как вы догадываетесь, видимо, речь идет о вашем назначении. Куда бы вам хотелось?

— Все мы — солдаты партии. Куда направите — туда и поеду.

— Значит, опять проситесь в действующую?

— Да.

— Это, пожалуй, правильно. В войсках действующей армии решаются судьбы войны...

В это время ему позвонили. Кто именно — я не понял, но из разговора стало ясно одно: в какой-то армии предстоит замена руководства.

Александр Сергеевич, нервничая, говорил в трубку:

— Не надо меня убеждать. Принято решение отозвать и командующего и члена Военного совета. Кандидатуру на пост командарма предложите вы, а члена Военного совета подберем мы... Вот так!..

В трубке слышался рокочущий баритон, пытающийся в чем-то переубедить Александра Сергеевича.

Щербаков прервал его:

— Довольно риторики... Это решение Ставки. Подберите две-три подходящие кандидатуры и предложите их товарищу Сталину.

Александр Сергеевич положил трубку, поднялся и стал молча шагать по кабинету. Чувствовалось, что он взволнован. Потом присел напротив меня и сказал:

— Пятой ударной армии скоро предстоит действовать на решающем направлении, а ее командование приходится заменять. Вот какая ситуация... А вы, чувствую, заинтересовались. И действительно, замечательная эта ударная армия. Мы о ней еще услышим!

Не помню, что в тот момент руководило мной, возможно, то, что 5-я ударная оказалась в центре внимания Ставки, но я вдруг сказал:

— Не возражал бы поехать в эту армию...

— Что ж, подумаем, — ответил сразу А. С. Щербаков. — Положение там сейчас действительно сложное, нужно будет улучшить управление войсками, усилить и политическую работу...

Снова зазвонил телефон. Говорил И. В. Сталин. Речь шла о необходимости выслать инспекционную группу на какой-то фронт. Я хотел выйти, чтобы не мешать разговору, поднялся, но Александр Сергеевич жестом показал, чтобы я снова сел, и вдруг неожиданно для меня сказал:

— Товарищ Сталин, у меня Боков. Только что хотел говорить с ним о его назначении, а он, узнав о создавшейся ситуации в Пятой ударной армии, изъявил желание быть там членом Военного совета.

Что ответил Щербакову Верховный, не знаю, только спустя минуту Александр Сергеевич протянул мне трубку:

— С вами будет говорить товарищ Сталин. Несколько взбудораженный, я отрапортовал:

— У телефона генерал Боков. Слушаю вас, товарищ Сталин.

Послышался характерный гортанный голос. Как обычно, Сталин говорил короткими, чеканными фразами:

— Как здоровье? У вас ко мне просьб нет?

— Здоровье нормальное, просьб никаких.

— Это Щербаков вас сагитировал поехать в Пятую ударную или действительно сами захотели?

— Сам. Слышал, что она будет действовать на решающем направлении...

— Значит, сами? Что ж, не возражаю. Быстрее выезжайте. Скоро прибудет и новый командарм. Вашу работу в Генштабе помню. Побудете в армии — и мы вас поднимем. Желаю успехов!

— Благодарю. Постараюсь оправдать доверие.

— Вот и хорошо. До свидания!

Послышались прерывистые гудки, и я положил трубку на рычаг.

Александр Сергеевич улыбнулся:

— Значит, договорились. Решение о вашем назначении подготовим быстро. Когда собираетесь выехать?

— Как только будет приказ — немедленно.

— Не задерживайтесь. Доброго пути и боевых успехов вам и армии!

Он протянул руку, мы распрощались, и я ушел, восстанавливая в памяти подробности беседы со Сталиным и Щербаковым, думая о будущей работе...