Читаем Весь Мегрэ. Том 3 полностью

— Граф де Сент-Илер покончил с собой?

— К несчастью, это правда. Но, как я уже говорил мадемуазель Ларрье, мы не можем поручиться, что он не раскаялся в последний момент. В глазах Церкви мгновенной смерти не существует. Мы признаем бесконечность времени, как и бесконечность пространства, и ничтожно малый промежуток времени, ускользающий от внимания врачей, может оказаться достаточным для покаяния. Не думаю, чтобы Церковь отказала графу де Сент-Илеру в последнем благословении.

Тут глаза Жакетты впервые наполнились слезами, и она вынула из сумочки платок, чтобы утереть их. Лицо ее жалобно сморщилось, словно у обиженной девочки.

— Говорите, Жакетта, — подбодрил ее священник. — Повторите то, что вы сказали мне.

Она всхлипнула:

— Я легла и уснула. Потом услышала выстрел и бросилась в кабинет.

— И обнаружили вашего хозяина лежащим на ковре с развороченным лицом.

— Да.

— Где был пистолет?

— На письменном столе.

— И что вы сделали?

— Пошла к себе в комнату и взяла зеркало: нужно было убедиться, что он больше не дышит.

— Вы уверились, что он мертв. Потом?

— Прежде всего я подумала, что нужно позвонить принцессе.

— Почему же вы этого не сделали?

— Было уже около полуночи.

— Кроме того, вы боялись, что она не одобрит ваш план?

— Мне это не сразу пришло в голову. Я подумала: вот придет полиция — и вдруг сообразила, что графа, как самоубийцу, станут хоронить по гражданскому обряду.

— Сколько времени прошло с тех пор, как вы убедились, что ваш хозяин мертв, до того момента, как вы произвели выстрелы?

— Сама не знаю. Может быть, минут десять? Я встала подле него на колени и начала молиться. Потом поднялась, взяла пистолет и выстрелила не глядя, прося прощения у покойного и у Неба.

— Вы выстрелили три раза?

— Сама не знаю. Я давила на гашетку, пока не кончились патроны. Тогда я заметила блестящие штучки на полу. Я таких раньше не видела. Я поняла, что это гильзы, и собрала их. Этой ночью я не сомкнула глаз. А ранним утром пошла и выбросила пистолет и гильзы в Сену, с моста Согласия.

— Вам известно, почему ваш хозяин покончил с собой?

Жакетта взглянула на священника, и тот жестом ободрил ее.

— Он уже давно был обеспокоен, удручен.

— По какой причине?

— Несколько месяцев назад доктор порекомендовал ему отказаться от спиртного, даже от вина. А он так любил вино. Несколько дней он отказывал себе, а потом начал понемножку пить. От этого у него болел желудок, и он даже вставал по ночам принимать бикарбонат. В конце концов, мне приходилось каждую неделю покупать новую упаковку.

— Как зовут его врача?

— Доктор Урго.

Мегрэ снял трубку:

— Соедините меня, пожалуйста, с доктором Урго. — У Жакетты он спросил: — Он давно лечил графа?

— Можно сказать, всю жизнь.

— Сколько лет доктору Урго?

— Точно не знаю. Примерно как мне.

— Он еще практикует?

— Посещает старых пациентов. Его сын открыл кабинет на бульваре Сен-Жермен, в том же доме, на той же площадке.

До самого конца дело это проходило не только в одном квартале, но и среди людей, принадлежавших к одной породе.

— Алло! Доктор Урго? Это комиссар Мегрэ.

Его попросили говорить погромче, прямо в трубку: врач извинился, что стал немного туг на ухо.

— Как вы догадываетесь, я хотел бы задать вам несколько вопросов по поводу одного из ваших пациентов. Да, да, речь идет о нем… Жакетта Ларрье находится у меня в кабинете; она только что заявила, что граф де Сент-Илер покончил с собой. Как?.. Вы ждали, что я приду к вам?.. Вам приходила в голову такая мысль?.. Алло! Да, я говорю прямо в трубку… Она заявила, что уже несколько месяцев у графа де Сент-Илера болел желудок… Я прекрасно вас слышу… Доктор Тюдель, судебный эксперт, который делал вскрытие, удивился, что органы старика в таком хорошем состоянии… Как?.. Вы все время твердили это вашему пациенту?.. А он не верил вам?.. Да… Да… Понимаю. Вам не удалось убедить его… Он отправился к вашим коллегам… Спасибо, доктор… Мне придется еще раз побеспокоить вас, чтобы по всей форме взять показания… Нет, нет! Напротив, это очень важно.

Посуровев, он повесил трубку, и Жанвье показалось, что комиссар взволнован.

— Граф де Сент-Илер, — объяснил он несколько мрачным тоном, — вбил себе в голову, будто у него рак. Несмотря на уверения лечащего врача, он ходил на обследования к самым разным специалистам и всякий раз думал, что от него скрывают правду.

Жакетта прошептала:

— Он всегда так гордился своим здоровьем! Он часто повторял мне, что не боится смерти и готов к ней, но вряд ли вынесет болезнь. Когда он болел гриппом, например, то забивался в свою нору, как больное животное, и едва допускал меня к себе. Все из кокетства. Один его друг много лет назад умер от рака и года два был прикован к постели. Ему делали сложные операции, подвергали различным процедурам, а граф говаривал с нетерпением: «Почему ему не дадут умереть спокойно? Будь я на его месте, я бы попросил, чтобы меня как можно скорее спровадили на тот свет».