— Случалось прежде, что, уходя от сестры, вы сталкивались с ее мужем?

— Я избегала встреч с ним.

— Вы удивились, что на этот раз он вернулся раньше?

— Сестра уверяла меня, что раньше полуночи он не вернется.

— Но ничего особенного вам в глаза не бросилось?

— Это человек, который считает, что он выше всех моральных принципов и норм приличия.

— Значит, ничего особенного в его лице вы не заметили?

— Я к нему не приглядывалась и вообще считаю ниже своего достоинства смотреть на этого типа. Я оделась и вышла из квартиры, хлопнув дверью.

— В тот вечер вы не слышали никакого шума, выстрела, например?

— Нет. Примерно до одиннадцати кто-то этажом ниже играл на пианино. Какое-то из произведений Шопена.

— Вы знали, что любовница профессора была беременна?

— Меня это не удивляет.

— Сестра говорила вам об этом?

— Она вообще не говорила мне о той девушке.

— Но вы обо всем знали?

Она снова покраснела.

— Кажется, сестра узнала об этом в самом начале, когда этот тип поселил Луизу в этом же доме.

— Это ее нервировало?

— Каждый живет так, как ему нравится. Невозможно прожить столько лет под одной крышей с таким человеком, если хотя бы частично не воспримешь его взглядов на жизнь.

— Иначе говоря, ваша сестра не имела к мужу претензий и не сердилась на него за то, что он поселил Луизу Филон в этом доме?

— Куда вы клоните?

С трудом он мог бы ответить на этот вопрос. Ему казалось, что он идет по дороге, еще не зная, чем она кончится. Пока ему хотелось лишь создать образы людей, которые знали Луизу, и образ самой Лулу.

Во взгляде Антуанетты бушевала такая ненависть к профессору, что она не позволила Мегрэ даже рта открыть.

— Когда вы в конце концов его арестуете?

— Вы думаете, что именно он убил Луизу Филон?

— А кто же еще!

— Например, ее любовник Пьеро.

— Зачем ему было ее убивать?

— Из ревности или потому, что она хотела порвать с ним.

— А профессор, вы считаете, не был ревнивцем? Разве мужчина в его возрасте не может сходить с ума, видя, что его любовница предпочитает молодого человека? А если Луиза решила порвать именно с ним?

Она все время сбивалась на версию виновности профессора.

— Если бы вы знали его получше, то поняли, что такой человек способен на все.

— А я-то думал, что он посвятил свою жизнь спасению людей.

— Из тщеславия! Чтобы доказать всему миру, что он величайший хирург нашего времени. И чтобы всех в этом убедить, он берется только за самые сложные операции.

— А может быть, другие врачи просто не решаются на такие операции?

— Вы его защищаете, даже не представляя, что это за человек.

— Просто я пытаюсь его понять, вот и все.

— Это не так уж и сложно.

— Вы забываете, мы знаем по результатам вскрытия, что преступление было совершено до одиннадцати часов. Профессор же возвратился позднее. Консьержка видела, что он пришел после одиннадцати и поднялся сразу на пятый этаж.

— А откуда известно, что он не побывал у Луизы раньше?

— Полагаю, что в больнице легко установить его распорядок операций в тот день.

— Вы уже сделали это?

На этот раз Мегрэ сам чуть не покраснел.

— Еще нет.

— Так займитесь этим как можно быстрее. Это будет гораздо полезнее, чем преследовать ни в чем не повинного парня.

— Вы ненавидите профессора?

— И его, и всех на него похожих.

Она произнесла эти слова с такой силой, что трое читателей одновременно подняли головы.

— Вы забыли шляпу.

— Я подумал, что оставил ее при входе…

Антуанетта пренебрежительным жестом указала на стол, где лежала шляпа комиссара. Мужская шляпа на зеленом сукне стола в ее глазах выглядела, по крайне мере, непристойно.

Глава 6

Когда Мегрэ прибыл в больницу Кашен на Фабурж Сен-Жак, Этьен Гуэн вместе со своей ассистенткой уже уехал в клинику Сен-Жозеф в Пасси. Комиссар ожидал этого — шел уже двенадцатый час. В этот свой приезд он не хотел беседовать с профессором. В глубине души он считал это преждевременным.

Отделение профессора находилось на третьем этаже, и Мегрэ долго пришлось объяснять цель своего визита, прежде чем ему позволили подняться наверх. В длинном больничном коридоре царило большее движение, чем ожидал увидеть комиссар. Мимо него быстрым шагом проходили озабоченные медсестры. Он обратился к одной из них, выглядевшей менее занятой. Это была женщина средних лет с седыми уже волосами.

— Вы старшая медсестра?

— Да, но только во время сегодняшнего дежурства.

Комиссар представился и добавил, что хотел бы задать ей несколько вопросов.

— О чем?

— Операционный зал в конце коридора?

— Верно, это одна из операционных.

— Там ли находится хирург, если ему нужно часть ночи провести в больнице?

— Простите, я вас не понимаю. Вы хотите спросить — во время проведения операции?

— Нет. Если не ошибаюсь, врачам случается иногда оставаться в больнице после дежурства. Скажем, когда они опасаются внезапных осложнений или ожидают результата операции.

— Такое случается. Только в чем дело-то?

— И где они тогда находятся?

— Это зависит от того, сколько они должны оставаться. Если недолго, сидят в моем кабинете или просто прохаживаются по коридору. Если же им предстоит ждать несколько часов, то у нас наверху имеются две комнаты для отдыха.