Читаем Вертолет, 1998 № 02 полностью

Во время полярных ночей в 1978- 1980 гг. мне довелось выполнять ледовую разведку для атомного ледокола «Сибирь». Сначала я летал на вертолете Ка-25, а затем на Ка-32. Приходилось летать при температуре -50°, заходить на посадку в туман и пургу при видимости менее 50 метров, садиться, выключать двигатели и останавливать несущие винты при скорости ветра до 35 м/с. Были вынужденные полеты в сильные снегопады и при мощных обледенениях. Вертолеты со всем этим справлялись отлично. Их бортовые радиолокаторы были приспособлены для уменьшения определяемой дальности при посадку на площадки на корме корабля при удалениях вплоть до 30 метров.

В полетах на расстояние до 200 км с помощью этих же локаторов всегда определялось точное направление движения в сторону корабля. Чтобы иметь верное представление о состоянии льда на больших пространствах моря, приходилось на высоте 15-20 метров и большой скорости летать галсами с включенными специальными лампами-прожекторами, а для значительного при этом увеличения ширины световой полосы постоянно применять «плоские развороты» до 60 градусов.

Только эти вертолеты в чрезвычайно ответственные моменты пилотирования по приборам, в том числе и в непосредственной близости земли, позволяют летчику уменьшить количество обязательных в обычных ситуациях параметров в системе распределения внимания. Так, воздушная скорость полета на установившихся режимах точно соответствует положению тангажа, что позволяет не сосредотачивать внимание на переходных режимах. При выполнении зависания можно не отвлекаться на управление по курсу, достаточно лишь установить педали в нейтральное положение, и вертолет сам, как флюгер, развернется носом против ветра. Таким образом, если летчик прошел обучение на соосном вертолете, то он располагает преимуществом по сравнению с пилотами, имеющими практику управления одновинтовыми машинами. Приспособленность вертолетов к эксплуатации в неординарных морских условиях сделала их уникальными винтокрылыми носителями противолодочных средств.

Откровенная простота управления и послушность машины у некоторой части летчиков создает иллюзию вседозволенности. Тем не менее, и соосные и одновинтовые вертолеты в одинаковых условиях неизбежно имеют близкие по физической природе ограничения. Так, в целях предупреждения попадания в режим вихревого кольца на всех вертолетах в мире одинаково ограничена скорость вертикального снижения при поступательной скорости менее 50 км/ч. Из-за более мощного и узкого индуктивного потока соосный вертолет в этот режим попадает реже, в силу чего у некоторых летчиков создается неверное впечатление, что соосные аппараты вообще не подвержены этому режиму.

Между тем на реальных воздушных скоростях менее 35 км/ч и вертикальных более 5 м/с оказаться в вихревом кольце вполне возможно. Если летчик не знает физической сути явления достаточно глубоко или практически не обучен работе в этом режиме, то своими неверными действиями он может спровоцировать летное происшествие точно так же, как и на любом одновинтовом вертолете. Основная опасность попадания в режим вихревого кольца заключается в незнании и неопытности летчика, в неверном его обучении.

Другим ограничением, одинаково необходимым для вертолетов любых схем, является ограничение энергичности маневрирования по крену и тангажу. Авиационная наука и пилоты до сих пор часто не учитывают прецессионное отклонение плоскости вращения лопастей и связанные с этим их соударения с хвостовой балкой или капотами, которые привели к немалым потерям на одновинтовых вертолетах.

Можно утверждать, что современные конструкции одновинтовых вертолетов, в отличие от соосных, заставляют летчиков быть осторожными как при продольных действиях ручкой управления, так и при поперечных. Прецессия влияет и на сближение концов лопастей соосных вертолетов, но в гораздо меньшей степени, что повышает безопасность их полетов. Сказываются значительно меньшие радиусы несущих винтов, значительно меньший вес каждой лопасти, достаточное расстояние между винтами и точный аэродинамический расчет системы управления. Однако допустимая, гарантированно безопасная угловая скорость крена и тангажа находится в пределах 100 градусов в секунду, а угловая скорость рысканья вообще не ограничена. Все это позволяет вертолету выполнить все стандартные самолетные фигуры высшего пилотажа (кроме штопора, перевернутого полета и обратной мертвой петли) и много специфических дополнительных маневров.