Читаем Вертикальный мир полностью

— Мой Господин, — заговорил он, — позволь поделиться с тобой мыслями, не дающими мне покоя уже давно.

Ассаван медленно отвёл глаза от текста, лежавшего на столе, и посмотрел на Служителя. Перед ним вместо любимого ученика стоял какой-то другой человек. Этот «кто-то» переменился до неузнаваемости, что-то неприятное и дикое было в его колючем взгляде. Лицо молодого Служителя казалось каменным от напряжения, и, хотя он стоял неподвижно, даже стены способны были ощутить, что внутри него, как в грозовой туче, скопился огромный заряд, неминуемо обещавший грозу. Учитель, как ни в чём ни бывало, обратился к Мару со всей своей доброжелательностью.

— Что же тревожит тебя, мой друг?

— Вчера ты сказал, что люди с чёрной душой захватили почти весь материк. Они уничтожили Восточную Школу и, возможно, скоро доберутся сюда. Если мы ничего не предпримем, всё лучшее, что существует в этом мире, погибнет. Мы не можем оставить всё как есть. Мы должны этому помешать! Мне известно: в городе имеется то, что способно остановить войну. Пока ещё не поздно, нужно действовать!

— Что ты имеешь в виду? Как?

— Мы должны уничтожить всё, созданное людьми с «чёрным» разумом, и их самих.

— Ты понимаешь, что это значит: «уничтожить»? — спокойно возразил чуть приглушённый голос.

— Да, мой Господин, понимаю. Но другого выхода нет. Иначе они вскоре разрушат всё, что стоит на их пути, и Золотой город будет в этом списке среди первых.

— Я ценю твою инициативу, — ответил Ассаван, — но ты должен понять, что физическое истребление ни к чему не приведёт. Война происходит в душах людей, и каждый из нас принимает в ней участие. Смерть тела лишь отсрочит выбор и внутреннее сражение. Сейчас настало такое время, что оружие по сути дела ничего не может решить. Это война за свет внутри каждого из нас, и если внутренней победы не произойдёт, физическая победа окажется бессмысленной…

— То есть мы будем сидеть и ждать, когда «колдуны» явятся сюда и сровняют город с землёй? — с нотой сарказма произнёс Мар-Амат.

— Нет. Так не будет. Мы уже начали готовить все самое ценное к перевозу.

Серые глаза стали большими, выразив негодование.

— Зачем убегать, если можно всё сохранить? — возразил Мар, чеканя каждый слог. — У нас имеется достаточно средств, чтобы спасти город и удерживать его в случае нападения.

— Эта война охватывает всё человечество, и Золотой город, как бы он ни был для нас ценен, в сравнении с такими масштабами — песчинка. Теперь нужно думать вперёд за всех… В будущее нельзя перенести тленное — таков Закон. Оно рождается из зёрен вечного, а любая форма, даже самая прекрасная, обречена на погибель. Золотой город родится вновь, но не в этих стенах и не на этой земле…

Мар вежливо распрощался с Учителем, поблагодарив за мудрые слова, но остался при своём мнении. Тягостно было на его душе, и бесконечные чёрные мысли не давали покоя истерзанному сердцу.

Он зашёл в архив и заперся изнутри. Окинув взглядом высокие стеллажи с недавно завершёнными книгами, сморщился, и лицо его непроизвольно изобразило мученическую гримасу. «Ради чего всё это? Столько лет усердной работы! Столько сил и времени вложено! Большая часть моей жизни похоронена на этих полках… Если всё это исчезнет в одночасье, моя жизнь окажется потраченной впустую!»

В памяти безжалостно всплывали картины прошлого.

Обиженная девочка-подросток сердито смотрела на него.

— Ты оставишь меня, Мар? Но почему? — и она расплакалась. — Ты же обещал! Ты говорил, что через два года мы поженимся! Я знаю, почему так происходит… Ты меня больше не любишь…

— Это не так. Прошу, попытайся понять… Я чувствую, что мне будет слишком мало обычной жизни. Я всегда искал чего-то, но не понимал, чего именно. Отец говорит, что у меня есть способности к знаниям, и я могу стать Служителем Солнца.

— А что думаешь ты? Почему отец решает твою судьбу? Тебе будет мало обычной жизни… Значит я для тебя… — она прервала речь, всхлипывая и с трудом набирая воздух, — я для тебя не важна?!

— Я желаю тебе самого большого счастья, которое возможно на этой земле. Но я должен уйти. Прости меня… Мы не будем счастливы вместе, потому что у меня внутри всегда будет жить пустота. Ты такая юная, и у тебя всё впереди…

Девушка прикусила нижнюю губу, сдерживая плач, зажмурилась, затем взяла со стола книгу и со всего размаха швырнула её об стену. Выбегая, она громко хлопнула дверью.

Мар медленно присел на пол, поднял книгу и расправил смятые страницы. «Из вас двоих я выбираю её», — подумал он, поглаживая толстый переплёт.

Снаружи послышались голоса: кто-то хотел попасть в Архив. На дверь два раза надавили, подождали немного, а потом снова стало тихо. Мар не хотел уходить. Он сел на пол, опёрся спиной о стойку стеллажа и вновь погрузился в размышления. Вертикальные складки на его лбу, возникавшие всегда от глубокой задумчивости, очень шли его интеллектуальному лицу.