Читаем Вертикальный мир полностью

Ассаван говорил не о том смысле, который каждый из нас формулирует себе, чтобы как-то объяснить и направить свою жизнь. Он говорил об объективной Задаче, стоящей перед всем человечеством в целом. В этом случае предназначение будет одинаковым для всех, несмотря на то, что нет двух похожих людей. Ты можешь мне не верить, но представь: где-то далеко отсюда находится море. Если ты не знаешь, что оно есть, море от этого не перестаёт быть. Но если ты от кого-либо услышишь о нём, ты сможешь пойти и убедится в его существовании. Так же и со смыслом жизни. Он существует. Всё человечество и каждый человек в отдельности должны достигнуть назначенной Цели.

— Так в чём же она? — с нетерпением спросила Тали.

— Если сказать очень просто — это сознательное содействие Законам Природы.

— Содействие??? — удивилась Тали, и глубоко задумалась. — Чтобы содействовать Законам, нужно их хорошо знать…

— Верно, — ответил Алаксон. Его лицо было очень серьёзным; казалось, он подбирал каждое слово. — Поэтому познание является неотъемлемой частью человеческого существования и особенно важно для учеников, сознательно выбравших путь служения. Но познание бывает разным, Тали, многие попадаются в ловушку, из которой выбраться нелегко. Здесь таится самая большая опасность…

— Какая тут может быть опасность? Хуже вовсе не знать ничего…

— Многие стремятся к знаниям, потому что понимают силу человеческого интеллекта и его превосходство над всем вещественным. Знание способно сделать человека маленьким «творцом», господином телесной жизни. Если он остановится лишь на этом, высшая Цель останется нереализованной. Знание ради знания рождает гордыню и чувство превосходства над другими, оно становится занозой в голове, цепляющейся за чью-либо неумело высказанную мысль. Оно рождает противодействие, критику и отторжение всего непривычного нам. Оно часто становится инструментом разъединения, поиска «лучших» и «худших», «правых» и «виноватых», а могло бы привести нас к созерцанию величия Вселенной, осознанию подлинного единства всего существующего в этом мире. Настоящее познание всегда приводит человека к пониманию истинных Законов и, как следствие этого, — к осознанию своей ответственности за других существ. Чем шире становится сознание, тем больше появляется в нашей жизни любимых существ. Это закономерно: когда взрослеет ребёнок, в нем все увеличивается одновременно — кости, мозг, сердце… Если вырастет только что-то одно, весь организм потерпит крах. Понять, идёшь ли ты вперёд, очень просто… Спроси себя: «Кого я люблю?», и твой ответ расскажет о многом.

Тали уже не слушала его. Она блуждала в лабиринтах своих собственных мыслей. «А кого люблю я? — думала она. — Раньше, в посёлке, у меня был любимый брат и родители. А ещё в моём сердце жили солнце, скалы, птицы, капли росы, проливные дожди, и так много ещё всего! Ведь это тоже составляет неотъемлемую часть моей души. Да! — я же раньше думала, что вечно буду одна… А теперь всё не так! Теперь я мечтаю остаться в Золотом городе и стать Служителем, такой же, как ОНИ… Я так люблю всех вас! И тебя тоже очень люблю», — она взглянула на Алаксона.

Он заметил, что Тали думает о своём, и замолчал.

Через некоторое время молодая ученица вновь нарушила тишину.

— Всё это очень красиво… Но почему так происходит?

— Что конкретно?

— Почему именно любовь и ответственность?

Серьёзное и сосредоточенное лицо Алаксона вдруг озарила задорная улыбка, и от этого он весь изменился, будто став ещё моложе. Яркие глаза с оттенком синевы хитро взглянули на неё.

— Я могу ответить двумя разными способами. Первый: я не знаю.

Тали молча ожидала продолжения. Этот ответ её явно не устраивал.

— Так устроен Мир… Что тут ещё скажешь? В его основе лежит Закон любви и взаимопомощи. Искреннее проявление этих качеств даёт человеку настоящее счастье, так как счастье рождается тогда, когда твоя жизнь звучит в унисон с жизнью Природы.

* * *

Люди, разделявшие с Тали этап пути во Временном посёлке, не были интересны ей, хотя обет молчания и так запрещал разговаривать с ними. Её притягивали ОНИ, эти таинственные «высокие» Служители солнца, но они были там, в Священном городе, а здесь появлялись только на несколько часов утром, и то не каждый день. Алаксон, её наставник и друг, стал приходить реже, предоставив Тали самой себе и своим мыслям, а мысли эти были разными… Какая-то часть внутри неё очень хотела знать наверняка, примут ли её в Семью и сможет ли она когда-нибудь снова войти в Золотой город, но не как случайный странник или любознательный нарушитель, прикрывшийся покровом ночи, а как ученик, облачённый в длинные белые одежды Служителя. Тали безумно хотелось узнать как можно больше о городе, об ученичестве, о задаче Служителей, ей хотелось задать Ал аксону сотни вопросов, и при новой встрече она спросила его:

— Что я должна делать, друг мой, чтобы стать Служителем? Я должна пройти испытания?

— Я отвечал тебе на этот вопрос уже не раз, — тихо произнёс Алаксон и строго посмотрел девушке прямо в глаза.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Абсолютное зло: поиски Сыновей Сэма
Абсолютное зло: поиски Сыновей Сэма

Кто приказывал Дэвиду Берковицу убивать? Черный лабрадор или кто-то другой? Он точно действовал один? Сын Сэма или Сыновья Сэма?..10 августа 1977 года полиция Нью-Йорка арестовала Дэвида Берковица – Убийцу с 44-м калибром, более известного как Сын Сэма. Берковиц признался, что стрелял в пятнадцать человек, убив при этом шестерых. На допросе он сделал шокирующее заявление – убивать ему приказывала собака-демон. Дело было официально закрыто.Журналист Мори Терри с подозрением отнесся к признанию Берковица. Вдохновленный противоречивыми показаниями свидетелей и уликами, упущенными из виду в ходе расследования, Терри был убежден, что Сын Сэма действовал не один. Тщательно собирая доказательства в течение десяти лет, он опубликовал свои выводы в первом издании «Абсолютного зла» в 1987 году. Терри предположил, что нападения Сына Сэма были организованы культом в Йонкерсе, который мог быть связан с Церковью Процесса Последнего суда и ответственен за другие ритуальные убийства по всей стране. С Церковью Процесса в свое время также связывали Чарльза Мэнсона и его секту «Семья».В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Мори Терри

Публицистика / Документальное
Отмытый роман Пастернака: «Доктор Живаго» между КГБ и ЦРУ
Отмытый роман Пастернака: «Доктор Живаго» между КГБ и ЦРУ

Пожалуй, это последняя литературная тайна ХХ века, вокруг которой существует заговор молчания. Всем известно, что главная книга Бориса Пастернака была запрещена на родине автора, и писателю пришлось отдать рукопись западным издателям. Выход «Доктора Живаго» по-итальянски, а затем по-французски, по-немецки, по-английски был резко неприятен советскому агитпропу, но еще не трагичен. Главные силы ЦК, КГБ и Союза писателей были брошены на предотвращение русского издания. Американская разведка (ЦРУ) решила напечатать книгу на Западе за свой счет. Эта операция долго и тщательно готовилась и была проведена в глубочайшей тайне. Даже через пятьдесят лет, прошедших с тех пор, большинство участников операции не знают всей картины в ее полноте. Историк холодной войны журналист Иван Толстой посвятил раскрытию этого детективного сюжета двадцать лет...

Иван Никитич Толстой , Иван Толстой

Биографии и Мемуары / Публицистика / Документальное
Кланы Америки
Кланы Америки

Геополитическая оперативная аналитика Константина Черемных отличается документальной насыщенностью и глубиной. Ведущий аналитик известного в России «Избор-ского клуба» считает, что сейчас происходит самоликвидация мирового авторитета США в результате конфликта американских кланов — «групп по интересам», расползания «скреп» стратегического аппарата Америки, а также яростного сопротивления «цивилизаций-мишеней».Анализируя этот процесс, динамично разворачивающийся на пространстве от Гонконга до Украины, от Каспия до Карибского региона, автор выстраивает неутешительный прогноз: продолжая катиться по дороге, описывающей нисходящую спираль, мир, после изнурительных кампаний в Сирии, а затем в Ливии, скатится — если сильные мира сего не спохватятся — к третьей и последней мировой войне, для которой в сердце Центразии — Афганистане — готовится поле боя.

Константин Анатольевич Черемных

Публицистика