Читаем Вертикальный мир полностью

— Тали, — ответила она. — Кто вы?

— Мы — Служители Солнца Западной Школы Мистерий.

Тали смотрела в одухотворённые лица и никак не могла поверить, что всё это происходит наяву. Не зная, что говорить, она молчала, и тогда волна вопросов настигла и оглушила её.

«Ты пришла сюда пешком? Откуда ты узнала дорогу? Ты голодна? Ожоги очень болят?»

Девушка не слушала их, её переполняло счастье и какая-то детская безудержная радость. Её нелепая мечта оказалась правдой! Служители Солнца существуют! Священный город — реален! И… этот прекрасный человек…

— Кто это был? Кто этот высокий господин? — спросила она.

Все присутствующие вдруг разом замолчали и стали загадочно улыбаться. После почти минутного молчания один юноша ответил:

— Это Ассаван, наш Учитель…

Потом все, кроме одного человека, ушли. Тали смотрела им вслед и думала о том, что ей очень повезло и теперь жизнь её будет совсем другой, чем раньше.

От размышлений её оторвал мелодичный голос.:

— Меня зовут Алаксон, я врач. Я осмотрю твои ожоги… Тебе больно?

Только сейчас Тали почувствовала, что действительно испытывает боль. Открытые участки кожи от раскалённых солнечных лучей обрели насыщенный красноватый оттенок и упрямо ныли. Алаксон наложил холодную мазь на руки и лицо девушки, и от каждого его прикосновения Тали вздрагивала всем телом. А потом словно огонь заполыхал на её коже.

— Надо потерпеть, — сказал Служитель. — Скоро ты вновь будешь такой же красивой, как и раньше…

— Спасибо, Алаксон!

— Да, Тали… Днём и особенно вечером вода горячая. Ты можешь принять ванну.

Он ушел, и Тали вновь погрузилась в свои счастливые мысли.

Маленькое помещение, в котором она находилась, имело высокий потолок. На серых каменных стенах, почти на уровне глаз, замысловатый барельеф с растительным мотивом опоясывал комнату. Листья его были вырезаны очень искусно и окрашены в зелёный цвет, так что создавалось впечатление, что ты находишься внутри увитой виноградом беседки в пасмурный день. Свет проникал сюда лишь через узкое длинное окно, начинавшееся выше барельефа и доходившее почти до потолка. Всё вокруг было очень простым: низкая кровать, маленький камин, слегка выступающий из стены, большая каменная емкость для омовения, пестреющая внутри изумрудно-зелёной и белой мозаикой, плетёное кресло рядом с окном и невысокий столик с полированной поверхностью. Здесь было всё, что могло понадобиться человеку…

Потом она задремала. Ей было так сладко и спокойно, как бывает маленьким детям, засыпающим после насыщенного дня на руках матери. Она улыбалась… Ей снился бесконечный песчаный горизонт, и завывание ветра, и белые высокие фигуры Служителей Солнца… Она снова видела Его, но как-то не чётко, и синие глаза по-прежнему говорили с нею…

Когда наше сознание погружается в сон, оно испытывает истинное блаженство, будто, освобождаясь от тела, душа, радостная, воспаряет ввысь. Ощущение лёгкости и свободы пронизывает всё твоё человеческое существо, и ты вновь вспоминаешь о своей истинной природе… Тому внутреннему человеку, который спрятан где-то глубоко, более свойственно летать, чем ходить по земле. Это он заставляет нас верить в то, что порой кажется невозможным, это он обладает той смелостью, которой часто не хватает, чтобы осуществить «сумасшедшие» замыслы. Он не боится что-то потерять, не плачет по исчезнувшим любимым, не стремится к благополучию… Когда нам удаётся услышать его голос, мы счастливы! Когда мы спим, он говорит громче. Если бы мы только могли осознать себя в этот момент, то наслаждались бы удивительной гармонией! Но, просыпаясь, мы лишь ощущаем нежелание возвращаться обратно, припоминая невесомость и размах крыльев…

Она проснулась, когда сгустились вечерние сумерки и в комнате стало совсем темно. Её мучила жажда. Приподнявшись с кровати, она огляделась вокруг. За окном мерцал свет, похожий на пламя факела. Тали медленно встала, разглядев дверь на противоположной стене, приблизилась к ней и потянула за ручку.

Дверь с лёгкостью отворилась, и Тали оказалась под темнеющим вечерним небом. Рядом не было никого, шагах в двадцати от неё виднелось небольшое вытянутое здание, такое же в точности, как то, где находилась она. На домах были закреплены факелы, и длинная вереница дрожащих огоньков убегала вдаль. Сняв драгоценный источник света со стены, она вернулась в уютную комнату и зажгла лампаду. Кто-то позаботился о ней: на столе лежали фрукты, завёрнутый в ткань ещё тёплый хлеб и стоял сосуд с водой. Утолив жажду и поужинав, она продолжила изучать скромное пространство маленького дома.