Читаем Вернуться! (Эмигранты) полностью

— Кэт, нужно ли нам тащить с собой раба? Пользы там от него, как с той дохлой рыбы. Только в отличие от рыбы он ещё и болтать способен. Или имеем мысль его продать?

Катрин хмыкнула:

— Разве это будет не гуманно? Много серебра мы с собой взять не сможем. При нашей-то «легенде», денежки у нас первый же стражник попытается изъять. Мы же слабые и беззащитные. Зеро — товарец сомнительный, но если на островах хоть одна состоятельная тётка к мужскому мясу неравнодушна, мы самца гарантированно пристроим. И ему хорошо, и нам польза. К тому же он внимание отвлечёт. Мы с тобой пара странноватая и подозрительная. Уж пусть и третье чучело имеется. А если голозадый болтать начнёт, кто его всерьёз слушать станет? Он же абсолютно слабоумным выглядит.

Квазимодо покачал головой:

— Ты просто хочешь от него избавиться. И даже готова рискнуть. Между прочим, он неплохо сейчас работает.

— Поэтому я и не предлагаю его на дно отправить. Но я его и сейчас просто не способна выносить. Оставим красавца — и мне, и ему легче будет.

Квазимодо хотел что-то сказать, но вместо этого начал чиркать по бумаге, прикидывая, что нужно изготовить в кузне. Выходило, что дел в мастерских не на день и не на два. Тонкая работа все эти кольца и ползунки с шарнирами.

* * *

Плот, связанный из трёх разнокалиберных, выбеленных солнцем и водой стволов, покачивался на волнах уже не первый час.

— Зря мы здесь купаемся, — пробурчала Катрин. В рваном платье она чувствовала себя неуютно.

— Появятся, — заверил Квазимодо.

Его очередь была лежать на плоту, и шкипер с удобством устроился на тёплых брёвнах. Солнце висело уже высоко. Волны ласково покачивали плотик. Корявое сооружение было слишком мало, поэтому отдыхать троим пассажирам приходилось по очереди. Катрин и Зеро сидели, опустив в воду ноги. Сиге кружил вокруг, иногда приближаясь, дабы пообщаться и проследить, чтобы плот не слишком сносило течением. Созданное на скорую руку плавательное средство болталось прямо по предполагаемому курсу рыбаков. Если верить заверениям шкипера и дарка, мимо рыбацкая лодка никак не проскочит.

Катрин следила за движениями Сиге. Как же он грациозно движется — залюбуешься. Вот ведь жизнь — можно просто наслаждаться движением в родной стихии. У человека так редко получается.

Катрин обернулась, посмотрела на тёмную точку. Скала, за которой прятался затянутый маскосетью «Квадро», казалась ужасно далёкой.

Быстрое тело тюленя высоко поднялось из воды, шлёпнуло ластом и подплыло к плоту.

— Офль!

Плывут, значит. За несколько дней Катрин научилась довольно точно понимать вздохи-слова селка.

Молодая женщина машинально поправила волосы. Вчера Жо, как он выразился, «навёл гламурный морок». Ну, действительно вполне прилично — особенно удалась чёлка, — но ведь последние веянья моды здешних островов оставались абсолютно неизвестны. Как прикажете аборигенов очаровывать? А ведь наверняка придётся какого-нибудь местного козла охмурять. Действовать честно ну никак не получится. Из оружия — единственный паршивый нож на поясе у Ква. У парня повязка на глазу, синяки после шторма не прошли — обычный невезучий матросик. Ну, голый по пояс Зеро, смуглый и с ожерельем-ошейником на шее, за типичного моряка едва ли сойдёт. Но запуганное выражение на красивой морде даже кстати — в шоке индивид. Натуральная жертва кораблекрушения. Главное, чтобы рта не разевал.

Смуглый кобель взял и раскрыл пасть:

— Госпожа, могу я сказать? Вы обещали…

— Нашёл время, — пробурчала удивлённая хозяйка. — Ну? Пописать хочешь, что ли?

Некоторые вещи бывшего Цензора по-прежнему приводили в смущение. Он потупился и едва слышно прошептал:

— Прошу великодушную госпожу не оставлять меня там. Осмелюсь просить меня не продавать. Умоляю милостивую леди. Клянусь, я буду служить ещё преданнее. Поверьте, Госпожа.

— Где? Где эта длинная очередь желающих приобрести этакое сокровище, — Катрин хмыкнула. — Короче, некий глас из пустоты я услышала. Обещать ничего не собираюсь. Собственно, почему ты не хочешь поменять место жительства? Вдруг тебе повезёт с новой хозяйкой. Будут исправно задавать корм, о штормах забудешь. Штаны новые выдадут. Ну и, иные развлечения появятся.

Ква косился как-то странно. Катрин глянула на раба. Зеро почему-то тесно-тесно сдвинул бедра.

— Вашу мать!

Раб скорчился, почти сунув голову в воду. Дотянуться до смуглой спины без риска перевернуть плот было трудно, и разъярённый взгляд Катрин обратился на одноглазого шкипера. Квазимодо поспешно выставил ладони:

— Уж я-то здесь совершенно ни при чём, моя леди. У него инстинкт. Стоит ли обращать внимание? Всё равно, что кролика в блудливых мыслях обвинять. Порода.

— Я-то не крольчиха! — зарычала Катрин.

Квазимодо глянул на неё с опаской, но тут рядом с плотом вынырнула усатая морда, зазевала-заныла. Рыбацкая лодка приближалась.

— Леди, вы меня за штаны придержите, — попросил одноглазый шкипер и принялся подниматься на ноги. Выпрямившись на неверных брёвнах, закрутил над головой драной рубашкой:

— Эй, на лодке! Ой, спасите — помогите, люди добрые!

* * *