Читаем Верняк полностью

– Право же, я очень занята, мистер Скотт. Если бы вы потрудились согласовать свой визит со мной...

– Да что вы? В своем ли вы уме? Согласовывать свидание, проходить через всю эту рутину? Кроме того, у меня всего несколько вопросов к вам, мисс Лэйн. Могу я называть вас...

Она снова перебила меня, говоря, что у нее масса дел, а времени уже больше пяти часов, и что она должна взять домой две карты и поработать над ними и что-то еще. Наконец я сам перебил ее:

– Дайте мне последний шанс. Ведь вы дали бы его и собаке. Разве нет? Так пусть я буду собакой. А вы – миссис Гернбаттс.

Я умоляюще сложил на груди руки.

– По крайней мере попытайтесь. По крайней мере попытайтесь найти в себе хоть каплю жалости ко мне, позвольте воспроизвести свое преступление. Готовы? О'кей! Считайте, что мы на пять минут вернулись в прошлое... Итак, я стою с разинутым ртом, смотрю, как вы уходите, и в сердце моем звучит песня. Поняли?

– Не верю.

Она, вероятно, позволила себе эти слова потому, что я был уже на полпути к двери. Потом я вышел в коридор, слегка постучал, открыл ее и вошел, улыбаясь, улыбаясь, еще раз улыбаясь, и двинулся к ней, к угрожающей миссис Гернбаттс.

– Привет! Так вы здесь, редкостная красавица, – сказал я. – Мое имя Шелл Скотт. Итак, вот я здесь, меня сюда послали спросить вас, где звезды. Меня послала танцовщица стриптиза, совершенно одетая, которая сейчас собирается, насколько я могу судить – а я неплохой судья в этом вопросе, – начать свой танец прямо здесь, на стартовой дорожке вот в этом холле. Да, ведь вы хотите знать, когда я родился, верно? Хорошо, я скажу вам...

Далее я изложил все рутинные данные, касавшиеся месяца, дня и все прочее, что было связано с моим рождением, и все, что я изложил миссис Гернбаттс, только еще хуже, хотя кое-что из этого, по-видимому, показалось довольно смешным Сайнаре Лэйн, потому что к концу моего рассказа она уже смеялась. Тихо, но смеялась.

Когда представление закончилось, мисс Лэйн взглянула на записи, которые она делала в процессе моего рассказа, а потом на меня, все еще улыбаясь.

– Теперь понятно, почему миссис Гернбаттс восприняла вас без излишней радости... – И Сайнара снова начала смеяться и даже слегка фыркнула, деликатно фыркнула, это было очень милое и тихое фырканье. Потом последовал глубокий вздох.

– Хорошо, мистер Скотт, мы оба просим друг у друга прощения, хотя вы больше, чем я.

– Конечно. Называйте меня...

– А это соответствует истине? – Она указала на свои записи. – Год, месяц, день и другие данные вашего рождения?

– Да. Неужели я стал бы лгать?

– Теперь, мистер Скотт, объясните, что вы имели в виду, когда говорили, что эта страдающая головокружениями астрологиня втянула вашего клиента во что-то...

– Ах, это. Это так, пустяк. Не думайте об этом. Я тогда считал вас старой курицей.

– Но это все-таки не помешало вам прийти сюда повидаться со мной?

Я пожал плечами.

– Да, верно. Конечно, я мог бы выразиться несколько иначе, но у меня возникло чувство, будто вы посоветовали моему клиенту сделать рискованное капиталовложение, убедив его, что время для этого самое подходящее. А на деле оказалось, что капиталовложение было действительно весьма рискованным и не принесло ничего хорошего.

Она нахмурилась.

– Как имя вашего клиента, мистер Скотт?

– Пожалуйста, зовите меня Шелл, ведь теперь мы друзья. Имя моего клиента – мистер Уилфер.

Она покачала головой, но потом ее лицо прояснилось, а бархатисто-карие глаза широко раскрылись.

– Джиппи! – воскликнула она. – Джиппи Уилфер.

– Верно.

– Я помню его, конечно. Правда, мы не встречались с ним год или больше. Но я помню его, он показался мне таким славным. Хотя, думаю, он знавал трудные времена...

Она нахмурилась и замолчала. Потом продолжала:

– Да, да. Многие годы Сатурн у него пересекался с Луной. Помню, как обрадовалась, когда увидела, что через несколько месяцев, максимум, через год, орбиты светил изменятся и жить ему станет легче. Наверное, для него все изменилось к лучшему, мистер Скотт?

– Не совсем. А что там пересек этот Сатурн? Если вы мне не объясните, я так и не узнаю.

Мисс Лэйн встала, подошла к стальному стеллажу, быстро пробежала пальцами по папкам, выбрала одну и вернулась за стол.

– Вот карта мистера Уилфера, – говорила она оживленно. – И вот прогноз, который я составила для него. Давайте попробуем ответить на ваш вопрос и посмотрим, что я ему предрекла.

Вся операция – прогулка к стеллажам, нахождение папки годовой давности, папка человека, которого, как она уверяла, не видела все это время – заняла не более пятнадцати секунд. Я был вынужден признать, что девушка производит впечатление деловой и знающей, – не важно, что при этом она руководствуется в своей деятельности лунными лучами и тому подобными диковинками.

– Пододвигайте сюда ваш стул, мистер Скотт, – сказала она, похлопывая по краю стола. – Мы можем посмотреть вместе.

– Умоляю, называйте меня Шелл. Скотт – это как-то чересчур легкомысленно. А мистер Скотт – чересчур солидно. Будто я уже чей-то муж.

Ее полные губы слегка дрогнули:

– Хорошо, придвиньтесь сюда, Шелл.

Я придвинулся.