Читаем Верняк полностью

Прежде всего он поклялся, что, убегая из дому, прихватил револьвер не в горячке, а обдуманно. Поскольку пришел к твердому убеждению, что должен убить Арнольда Трапмэна. Но не стал распространяться на эту тему, заметив только, что "даже это не смог бы сделать как следует".

Поэтому я сказал:

– Вчера вечером примерно около восьми часов вы отправились к Трапмэну. И скоро ушли оттуда, даже не попытавшись разделаться с ним. И это все? Вы его видели? Видел он вас? Говорили вы с ним? Если говорили, то о чем?

– Нет, меня никто не видел, но я заглянул к нему в окно. Он и еще кто-то сидели за столом, пили из таких маленьких хорошеньких рюмочек.

– А кто этот "кто-то"?

Он пожал плечами.

– Не знаю. Но именно из-за него я и не стал убивать Трапмэна. Понимаете, это осложнило бы дело.

– Да.

– Честно говоря, я уже прицелился в мерзавца, взял его на мушку – бэнг...

Я вздрогнул.

– Я убил его в своем воображении. Стоял под окном – и все стрелял в него, стрелял. Бэнг-бэнг-бэнг... Но, может, я играл в эту игру сам с собой, может, я и не собирался убивать его. Я должен был, но...

Похоже было, что он снова начал жалеть себя.

– И вы оставили их вдвоем и ушли?

– Да. Вот тогда-то я и выстрелил в дерево. Бэнг! Это принесло мне некоторое удовлетворение. Не очень полное, правда. И тогда я пошел... – Он оглянулся вокруг. – Я пришел сюда, где мы с вами сидим. Потратил здесь всю наличность, какая была при мне. Напился... Понял, что не смогу добраться до дому. А было уже часов десять или одиннадцать. Да Оди убила бы меня, явись я вчера домой так поздно. Она бы убила меня. – С минуту он молчал, а потом добавил: – И была бы совершенно права. Потому что вчера был такой день...

– Годовщина свадьбы, да?

Его лицо вытянулось.

– Она... Она сказала, да? Она...

– Джиппи, ваша жена очень беспокоилась о вас. Не думаю, что она устроила бы вам скандал, все, чего она хочет, это...

– Знаю, знаю. Я просто так сказал, что она бы меня убила. Она никому не способна причинить зло. Я просто... видите ли... ведь это была годовщина нашей свадьбы. У меня голова пошла кругом, и я просто не мог смотреть ей в глаза. Я бы все испортил, даже нашу годовщину – у нас был заказан обед, мы должны были принарядиться... А я это все испортил. Если есть на свете больший идиот, чем я, мне хотелось бы на него взглянуть. Просто взглянуть. Я вовсе не хотел огорчать ее. Но у меня никогда ничего не получается.

Он выскользнул из кабины, пошел к телефону. Потом вернулся, отрицательно качая головой. Значит, Оди по-прежнему не было...

– Есть еще одна вещь, Джиппи, которой вы не коснулись в своем рассказе. Это ваша убежденность, что скважина будет давать много нефти, – прямо не скважина, а какой-то неиссякающий фонтан. Откуда взялась такая уверенность? И почему теперь вы также убеждены, что стали жертвой мошенничества?

– Видите ли, мистер Скотт, – сказал он серьезно. – Я провел исследования глубоко научного характера, которые убедили меня, что это верное дело. Однако вокруг него творится нечто странное. "Неладно что-то в датском королевстве". Проще говоря, какое-то жульничество.

– Научный подход... Вы имеете в виду своего друга Моррейна и его "дудлбаг"? И эту недопеченную прорицательницу-астролога, которая посоветовала вбухать в дело все ваши тридцать тысяч долларов?

Он вздрогнул, будто внезапно испытал приступ острой боли где-то в области желчного пузыря.

– Снова Оди? Да? Она ничего не смыслит в этих вещах. Очень немногие люди разбираются в таких сложных вещах. Значит, опять Оди? Может быть, она рассказала вам и про то, что летом шестьдесят седьмого года у меня был приступ геморроя? Она об этом даже не подозревала, пока я сам, как идиот, не сказал ей.

– Джиппи, если вы хотите сменить тему, разве обязательно менять ее так круто?

Он хлопнул рукой по столу.

– Мистер Скотт, – сказал он устало. – Я не жду от вас понимания. Мой друг, которого вы упомянули, Дев Моррейн, испытал больше насмешек, чем Коперник или Галилей, но по-настоящему смеяться над всеми должен он. Он изобрел прибор – я не претендую на понимание того, как он действует, – но знаю, что он показывает, где залегает нефть или газ, или даже золото и серебро, и так далее. Этим прибором Моррейн проверил место, где мы намеревались бурить свою скважину, и мне редко случалось видеть его таким возбужденным. Там, сказал он, есть нефть и газ, причем много, очень много, и если, сказал он, мы собираемся бурить скважину, то это как раз самое подходящее место.

– Джиппи, я не сомневаюсь в том, что ваш друг верит в свое изобретение. Я давным-давно понял, что способность людей верить во что угодно не имеет границ. Одни верят, что земля плоская, как блин, другие – что мы живем в кленовом сиропе. Но если Моррейн убежден, что его прибор действует, то это вовсе не значит, что он не заблуждается. Я сам видел пару таких "дудлбагов" и знаю, что существуют сотни подобных им...