Читаем Верная Рука полностью

Альфонсо это показалось неудачной шуткой, настолько невероятным делом, что он спросил с улыбкой:

— Почему?

— Потому что ты — защитник этих женщин.

— Не горячись, Черный Олень, и присядь на землю. Я вовсе не их защитник; я их враг и твой друг. Эти женщины виноваты в том, что я чуть не погиб здесь, а ты меня спас. И я отблагодарю тебя тем, что отдам в твои руки трех величайших врагов команчей!

— Кто эти трое?

— Сос-Ин-Лиетт.

— Медвежье Сердце, вождь апачей?

— Да. Затем — Мокаши-Мотак.

— Бизоний Лоб, вождь миштеков?

— Да.

— А кто третий?

— Один бледнолицый. Краснокожие называют его Итинти-Ка.

— Громовая Стрела, великий следопыт? — воскликнул вождь команчей. — Ты говоришь правду?

— Да.

— Где сейчас Громовая Стрела?

— Там же, где и остальные.

— А где они?

Вождь команчей заговорил горячо и торопливо. Надежда подчинить своей власти троих знаменитых людей лишила его привычного хладнокровия и самообладания, которыми так гордятся индейцы.

— Я отвечу на твой вопрос, если ты сначала дашь мне одно обещание.

— Говори, чего ты хочешь?

— Ты ведь пришел, чтобы напасть на асиенду?

— Да, — признался индеец.

— А тебе это удастся?

— Никто еще не смог победить Черного Оленя!

— У тебя много воинов?

— Десять раз по десять и еще столько же!

— Двести человек? Этого будет достаточно. Ты получишь троих знаменитых вождей, скальпы всех обитателей асиенды и все, что найдешь в усадьбе. Если пощадишь дом, который принадлежит мне.

Вождь команчей подумал немного и ответил:

— Пусть будет так, как ты хочешь. Так где же эти трое вождей?

— Они, — отвечал граф с довольной улыбкой на лице, — на той самой асиенде.

— Ты перехитрил меня! — признался Черный Олень.

— Но ты дал слово!

— Вождь команчей никогда не нарушает своего слова. Дом останется тебе. Но трое врагов, скальпы и все, что находится в доме, принадлежит сыновьям команчей. Асиенда выстроена из камня?

— Да, из прочного камня и окружена палисадами. Но я знаю все лазейки и проведу вас. Вы проникнете в дом, когда все будут еще крепко спать. Они проснутся лишь для того, чтобы умереть от ваших ножей и томагавков!

— У асьендеро много оружия?

— У него достаточно оружия, но он не должен успеть им воспользоваться!

— Сколько у него людей?

— Человек сорок.

— Четыре раза по десять? Значит, семь раз по десять, потому что каждый из трех вождей стоит десятерых.

— Громовая Стрела не в счет.

— Почему?

— Он тяжело ранен. А может, даже уже умер. Я ударил его булавой в голову.

— Ты сражался с Громовой Стрелой?

— А почему бы и нет?

— Тот, кто дрался с ним, должен быть храбрым воином!

— Я тоже не трус, хотя ты и нашел меня здесь связанным.

— Это я увижу, когда ты приведешь нас на асиенду. Как, по-твоему, они ожидают, что придут воины команчей, чтобы отомстить им?

— Не думаю. Я не слышал, чтобы об этом шла речь.

— Я вышлю вперед разведчика.

— Но его не должны видеть!

— Хау! Он придет прямо на асиенду.

— Но тогда он пропал!

— Он не пропал. Это не команч, а крещеный индеец из мексиканского племени опато. Его не станут подозревать, и он точно узнает, готовятся ли на асиенде к бою с воинами команчей. Ну, теперь я знаю все! Пусть мой сын возвратится к воинам и приведет их в развалины храма, куда я сейчас отправлюсь с этим человеком, который называет себя графом бледнолицых.

Проводник удалился, а вождь команчей и граф направились к каменным руинам. Но перед этим граф еще раз бросил взгляд на озеро, содрогнувшись от воспоминаний о нескольких самых страшных часах в своей жизни. Крокодилы высунули из воды свои отвратительные морды и глазели на ускользнувшую от них жертву…

На следующее утро вождь вместе с проводником и графом отправился в лес на разведку. Они вышли к краю горного плато, с которого открывался вид на лежащую внизу равнину. И в этот момент до них донесся какой-то приглушенный грохот.

— Что это было? — спросил Черный Олень.

— Выстрел, — предположил проводник.

— Нет, это был не выстрел. Это был взрыв, — угрюмо сказал Альфонсо, который сразу сообразил, что произошло в долине.

Они подошли к самому обрыву и, глянув вниз, увидели большую группу удалявшихся от ручья конных индейцев во главе с Бизоньим Лбом. Альфонсо разглядел внизу и вьючную лошадь, несшую на себе тюки из одеял, и тут же догадался, что в них находится часть драгоценностей из золотой пещеры.

— Что это за люди? — спросил вождь команчей.

— Это миштеки, — ответил граф.

— Миштеки, которых ждет гибель! — презрительно бросил Черный Олень.

— О, у них еще достаточно сил. Взгляни-ка на их предводителя!

— Да, это человек богатырской вилы. Он — сиболеро?

— Да, сиболеро, причем самый храбрый среди всех себе подобных. Попробуй угадать, как его зовут!

— Скажи!

— Хорошо, скажу. Это Текальто, король сиболерос!

— Что?! Это… это Бизоний Лоб! — проговорил вождь команчей, мрачным взглядом провожая удаляющегося верхом на лошади вождя миштеков. — Пройдет немного времени, и он умрет у столба пыток в лагере команчей!