Читаем Верная Рука полностью

Хельмерс и вождь апачей скакали впереди, указывая дорогу. Перед каждым из них лежала поперек седла одна из женщин. Наверху их дожидался вакеро. Заметив их приближение, он вскочил в седло и взял за поводья двух оставшихся лошадей.

— За нами! — крикнул ему Хельмерс, проносясь мимо.

Так в полной темноте продолжалась эта дикая гонка, снова спустившись в долину по другую сторону возвышенности. Несколько поотставшие команчи на скаку перезаряжали ружья и посылали вслед беглецам выстрел за выстрелом, ни один из которых, к счастью, так и не попал в цель. Наконец беглецы достигли границ прерии, и теперь можно было подумать об обороне.

— Вы умеете ездить верхом, сеньора? — спросил Хельмерс свою даму.

— Да.

— Вот вам поводья! Скачите все время прямо!

Он спрыгнул на землю и пересел на свою лошадь, которую вакеро все это время держал за повод. То же самое сделал и вождь апачей. На скаку они образовали арьергард и, приготовив ружья, стали дожидаться приближения погони. В этом ожидании прошла ночь, и наступил рассвет. Стало ясно, что команчи остались далеко позади — отчасти из осторожности, а отчасти потому, что, видимо, решили пока в отличие от беглецов поберечь своих лошадей.

— Может, пора ехать помедленнее? — спросил вакеро.

— Нет, — ответил индеец, — только вперед, и как можно быстрее, чтобы река оказалась между нами и команчами!

Уже совсем рассвело, и можно было приглядеться к женщинам повнимательнее. Одна из них была по крови испанкой, другая — индеанкой, но обе были прекрасны, каждая по-своему.

— Как долго еще вы сможете выдержать скачку, сеньора? — обратился немец к первой из них.

— Столько, сколько потребуется! — ответила она.

— Как мне следует называть вас?

— Меня зовут Эмма Арбельес. А вас?

— Мое имя Хельмерс.

— Хельмерс? Ваше имя похоже на немецкое.

— А я и есть немец. Скоро нам придется перебираться через реку, сеньорита.

— Думаете, нам это удастся?

— Надеюсь, что да. К сожалению, лишь трое из нас вооружены. Однако на том берегу Рио-Гранде лежит оружие, которое мы вчера забрали у команчей.

— Вчера у вас тоже был бой?

— Да, вчера мы встретили пастуха и узнали от него подробности. Мы уничтожили его преследователей и решили отправиться вам на выручку.

— Вдвоем? Против стольких индейцев! — изумилась она.

Когда беглецы достигли берега Рио-Гранде, их преследователи уже окончательно отстали и потерялись из виду. Оружие убитых вчера команчей лежало там же, где его оставили, и теперь оно было распределено между теми, кто до сих пор оставался безоружным. Трое из спасенных также оказались вакерос. Четвертый же состоял на асиенде в должности мажордома, или дворецкого.

— Что будем делать? — спросил дворецкий. — Дождемся индейцев здесь, чтобы проучить их как следует? У нас теперь восемь ружей!

— Нет, сначала переправимся на тот берег — тогда река станет нашим оборонительным рубежом. Женщины займут место в лодке! — сказал Хельмерс.

Так и сделали. Дворецкий взял весло и повез дам на другой берег, а остальные переправлялись верхом на лошадях. Переправа завершилась успешно. После того, как пассажирки сошли на берег, лодку затопили и начали принимать необходимые меры по организации обороны. При этом Эмма Арбельес неизменно держалась рядом с немцем.

— Почему мы не едем дальше, сеньор? — спросила она Хельмерса.

— Здравый смысл не позволяет нам этого, — ответил он. — У нас на хвосте враг, который значительно превосходит нас числом.

— А наши восемь ружей! — смело возразила она.

— Против пятидесяти, которыми располагает враг. А ведь под нашей защитой находятся дамы!

— Но тогда мы окажемся здесь в осаде!

— Нет. Команчи уверены, что мы сразу же после переправы продолжили путь. Значит, они тут же войдут в воду, и когда в реке их окажется достаточно, мы сможем так проредить их строй, что им придется отказаться от дальнейшей погони.

— А если они проявят осторожность?

— В каком смысле?

— Ну, вышлют вперед разведчиков?

— Хм! Такое действительно возможно!

— И что вы намерены против этого предпринять?

— Мы проскачем дальше и кружным путем вернемся обратно — раньше, чем они достигнут нашего берега!

Все снова сели на лошадей и во весь опор помчались в глубь простиравшейся за рекой равнины. Описав там широкую дугу, беглецы возвратились к реке чуть выше по течению от места переправы. Едва они успели завершить этот маневр, как с противоположного берега донесся топот лошадиных копыт.

— Команчи приближаются! — воскликнул дворецкий.

— Придержите лошадям ноздри, чтобы они не ржали! — распорядился Хельмерс.

Сообразительная девушка оказалась права. Команчи отыскали на противоположном берегу следы беглецов, и двое из них осторожно въехали на лошадях в реку. Перебравшись на другую сторону, они вновь обнаружили след, который, как они могли убедиться, вел дальше в глубь равнины.

— Ни-уаке, им уа о-о, ни эс миусиаме! 72 — крикнули они остальным.