— Ну так она нам другим заплатит! — загоготал третий… и тут же издал предсмертный хрип — незнакомец молниеносным движением проткнул его мечом насквозь.

Бродяги завыли, загудели, и ближайшие кинулись на лорда, как свора бешеных псов. Он без труда упокоил их, вот только бандитов было много, а он — один. А если среди них затесался владеющий оружием и ещё не в стельку пьяный?

— Бросьте в них что-нибудь атакующее, что ли, — крикнул Конде через плечо лорд.

Принцесса растерялась. Она умела ставить превосходные щиты и могла отбить практически любую магическую атаку, но вот боевых заклинаний для нападения не знала! Это обученные маги могут все, а она-то! Еще отец с детсва учил Конду обращаться с мечом и метать ножи, в чём она особо преуспела. Только ведь никакого оружия она тоже не взяла!

— Боги, вы магиня или нет? — незнакомец даже раздоражённо обернулся к ней и, получив неуверенный кивок, как гаркнул: — Тогда спасайте, демон вас побери, свою жизнь! Бейте!

Бить было нечем, но Конда вспомнила всё, что знала, в том числе и бытовую магию. Увеличив количество воды и подкорректировав её температуру в заклинании поливки цветов, она выплеснула на ближайшего бродягу целую бочку кипятка. Лорд не удержался от изумлённого взгляда в её сторону, потом всё же спросил:

— Домой перенестись сможете, леди?

Конда неуверенно пожала плечами.

— О Боги, за что же вы свалились такая на мою голову! — воззвал к небесам мужчина, вновь поворачиваясь к бродягам.

Слова хлестнули Конду огненной плетью. Это он что, так намекнул, что она бесполезна?! Да он… да она… Девушка максимально сконцентрировалась и рванула через пространство… раз! И она во дворце, в своей комнате.

Не озаботившись своим внешним видом, даже не накинув пеньюар, Кандида бросилась к дозорному посту и приказала отряду стражей немедленно прочесать всю набережную. Всё же бандитов было очень много…

Наутро ей доложили, что нашли около трёх десятков зарубленных бродяг. Лорда среди них точно не было.

Глава 3

О народных праздниках, «черных колпаках» и «священных браках»

К счастью, отец не узнал о её ночной вылазке, что не только освободило Конду от нравоучительного разговора, но и позволило ей без труда улизнуть вместе с Синдбадом в город следующей ночью.

Над Веридором, как и над всеми магическими государствами, кроме заморского восточного Порсула, стоял Отче, духовный и религиозный «лидер». Официально его почитали чуть ли не святым, но открыто проводимая политика террора вызывала всё большее недовольство среди населения. Правда, мало кто осмеливался возражать Отче, поскольку этот наместник Единого мог объявить страну пристанищем еретиков и «сплотить все благочестивые государства в борьбе с паршивой овцой», объявив Священный поод во имя веры. Одним из немногих, кто пресекал откровенные бесчинства, был король Веридора Кандор Х. Несмотря на то, что когда-то он был женат на чёрной ведьме с примесью демонической крови и что он противостоял искоренению язычества из Северного Предела, его величество поклонялся Единому и воспитывал своих детей с почтением к вере, с той лишь оговоркой, что перегибать палку и ударяться в фанатизм не стоит. Так вот Отче придумал другой способ просочиться в Веридор: он посылал на «искушаемую демонами землю» паломников, прозванных в народе «чёрными колпаками». Вскоре они образовали свой собственный орден и даже построили церковь на окраинах столицы. Кандор, конечно, скрипел зубами, глядя на «посланников, несущих в Веридор святое слово Отче», но просто так вышвырнуть их из страны не мог. Внешне их дела были направлены исключительно на благо: искоренять блуд и пьянство, — правда, методы были весьма неоднозначные. Чего только стоило насильное венчание, собственно, проституток и пьянчуг. Но ничего поделать с этим «священным» беспределом никто не мог, так что старались просто не пересекаться с «чёрными колпаками».

Кроме улучшения морального облика населения, «чёрные колпаки» ещё и изгоняли «ересь во всех её проявлениях», как они называли некоторые древние традиции этих земель. К языческому культу относили и праздник Весны, на который и улизнули по-тихому Синдбад и Кандида. Во дворце, конечно, устраивались балы в честь открытия нового сезона, но молодым людям хотелось попасть именно на вечерние народные гуляния в бедные кварталы города, которые встречали Весну песнями и плясками, несмотря на негодование Отче.