Читаем Веридор. Одержимый принц полностью

— Итак, какие у вас претензии конкретно ко мне и почему вы мне не доверяете?

— А разве такому, как вы, можно доверять? — поморщился демон. — Я вообще понять не могу, какого рожна Кандор настолько слеп и — другого слова просто нет, — тупо верит каждому вашему слову. Начать хотя бы с того, что вы стоите ближе всех к венцу наследника и даже к короне правителя, многие при дворе поговаривают, что у вас куда больше прав на трон, чем у короля. Далее: вас осудила инквизиция Отче и приговорила к костру, но вы чудом выжили. На месте Кандора я бы вытряс из вас признание, как вам удалось скрыться оттуда, откуда ещё никому не удавалось сбежать. К тому же многое на вас не сходится, лорд Джанговир: претендентки на корону Веридора и постель короля феноменальным образом обходят сложнейшую защиту и оказываются в его покоях, в то время как допуск им мог дать или сам Кандор, или предыдущий хозяин комнаты, то есть вы. По странному стечению обстоятельств как Светлейшая, так и принцесса Холия в курсе о внутренних делах семьи Веридорских. Более того, Светлейшая прочит вас в свои мужья и наследники престола, и — о, чудо! — принцессе Кандиде подкидывают отравленный гребень, золотому бастарду — проклятый перстень, тщательно изучается пентаграмма по вытягиванию из Эзраэля демонической сущности, Гвейн попадает под приворот, да даже на Лихого устраивают покушение! А вы, Ваша Светлость, целы и невредимы, и виной этому не ваши способности или удача, а то, что вас сознательно никто не трогает. Боятся? Однако Кандор ничуть не слабее вас, а заговоров против него было совершено больше, чем во времена правления любого из Веридорских.

— Почему же тогда я, такой великий и ужасный, ни разу не пытался убить брата?

— А зачем? Трон может достаться вам бескровно. К тому же ещё не вечер… — многозначительно замолчал первый министр, пристально глядя на кронгерцога. Он до сих пор не верил, что наконец выложил все Джанговиру. Ведь если и правда заговорщик, не скажет ничего.

Но Его Светлость удивил демона.

— Все вы правильно говорите, — вздохнул кронгерцог, растягиваясь на холодной каменной крыше и задумчиво рассматривая, как плещется вино в его бутылке. — Сказать честно, я понятия не имею, почему Кандор верит мне. Лично я бы сам себе не верил. Ни для кого не секрет, что я даже не знал имени своего младшего брата, пока он не стал королём вместо меня… Знаете, а ведь Кандор и сам не понимает, насколько он невероятный. Я полжизни ни словом с ним не перекинулся, а он горевал по мне, потому что я его брат. Вы правы, до определенного времени меня было не за что любить и уж тем более я не заслуживал доверия.

— И что же, что-то с тех пор изменилось?

— Да. Это недоказуемо, но я говорю правду: я действительно полюбил свою семью. Ближе Кандора у меня нет никого, Конда для меня как родная дочь, даже к Эзраэлю я привязался всего за несколько недель. За них я отдам жизнь.

— И вы думаете, я поверю вам на слово? — голос лорда Дива так и сочился сарказмом.

— Я расскажу вам всю правду, лорд, и поклянусь на крови, что все, сказанное мной, правда, но взамен хочу вашего молчания.

— Тоже подкрепленного клятвой?

— Нет, зачем? — пожал плечами кронгерцог. — Я отлично помню, что вы демон, а значит, вашего ума и способностей хватит, чтобы обойти любую клятву. К тому же — представьте себе! — я вам доверяю. За доверие! — провозгласил Джанго и чокнулся бутылкой с первым министром.