Он собирался поцеловать меня. Поцеловал бы, если бы я могла контролировать поток убивающих настроение комментариев, которые слетали с моих губ. Даже когда я хочу быть кокетливой или соблазнительной, моя неловкость все портит.

Громко застонав, я переворачиваюсь на живот и утыкаюсь лицом в подушку. Вместо того, чтобы спрашивать, собирается ли он поцеловать меня, я должна была сказать ему об этом. А еще лучше, я должна была сделать шаг и поцеловать его. Мы могли бы прямо сейчас быть в его комнате, целоваться и прикасаться друг к другу, а то и больше…

Страстное желание и осознание охватывают меня между ног, и я просовываю руку под свое распростертое тело, прижимая два пальца к клитору. Я мастурбировала в этом номере мотеля больше раз, чем в своей квартире, где прожила три года. Даже те несколько раз, когда я это делала, это было вынужденным и тусклым. Это было похоже на обязанность, которую я должна была выполнять, чтобы иметь хоть какое-то подобие легитимности в качестве автора колонок о том, как заниматься сексом. Я была обманщицей. Пугливый, самодовольный автомат, скользящий по поверхности жизни.

Жить и быть живой — две разные вещи. Теперь я это знаю. Я ожила, когда встретила Лероя. Даже в тот первый момент страха я была более живой, чем когда-либо… Я не знаю, как долго, но это ощущение незащищенности было ужасающим.

Мне снова было девять лет, и я хотела спрятаться от монстров. Убежать и отгородиться от всего, что не гарантировало безопасность. Осознанно или нет, но именно так я прожила всю свою жизнь. Я не хочу так прожить остаток своей жизни.

Я лучше испугаюсь, чем оцепенею. Я скорее рискну почувствовать боль, чем упущу шанс почувствовать все остальное.

Даже после всего, что он мне рассказал, я еще многого не знаю о Лерое. И то, что я только что узнала… важно. Различия между нами, наверное, должны пугать меня, но, когда я представляю, какие ощущения были бы от прикосновения его зубов, языка и кожи комне, во мне нет и тени страха, только трепетное желание почувствовать все это. Всего его.

Я могла бы сказать ему это еще в машине. Когда он пытался отпугнуть меня своими змеиными фактами, а у меня не было ни малейшего желания убегать… Я могла бы прямо тогда сказать ему, что это не сработает. Что все это не имеет значения, потому что я влюбляюсь в него.

Я все еще не собираюсь ему говорить. Сегодня вечером я собираюсь показать ему.

<p>Глава 6</p>

Кора

Я улыбаюсь и машу рукой, входя в офис мотеля.

— Привет, Фред.

— Рад тебя видеть, Кора. Как продвигается работа над статьей?

— Действительно хорошо, — говорю я, останавливаясь у стойки. — Лерой повел меня посмотреть, как монстры играют в футбол, и сегодня у меня было три очень интересных интервью. Завтра я встречаюсь с человеком-невидимкой, владельцем «Счастливые зерна», и феей, управляющей библиотекой. Затем у меня назначена встреча с мэром, которой я очень рада.

— Похоже, тебе здесь становится хорошо и уютно.

— Да. Вообще-то, я собираюсь поговорить с Лероем о возможности долгосрочной аренды.

И без того большие глаза Фреда раскрываются еще шире, а ямочка под ними превращается в линию, изгибающуюся вверх.

— Я уверен, он будет рад удовлетворить эту просьбу.

Боже, я надеюсь на это. Я киваю, перекидывая сумку с покупками повыше через плечо.

— У нас были планы на ужин сегодня вечером. Ничего, если я пройду?

— Конечно.

Розовое желе Фреда вытягивается наружу, образуя короткую руку, направленную в сторону коридора, ведущего в личный кабинет Лероя и дальше, в его апартаменты.

— Хорошего вечера.

— Спасибо, Фред. Не стоит переутомляться.

— Никаких проблем, — говорит он, двигаясь так, что его желеобразная фигура покачивается.

Я все еще улыбаюсь шутке Фреда, когда стучусь в дверь Лероя в первый раз, надеюсь, из многих. Моя улыбка превращается в разинутый рот, когда дверь распахивается.

Лерой стоит в дверях, держась одной рукой за дверь. Он обнажен по пояс и босиком, его зеленая кожа блестит от свежей влаги. Светло-серые спортивные штаны низко сидят на его подтянутых бедрах, и совершенно очевидно, что под ними ничего нет. Сказать, что это слишком много для восприятия, было бы преуменьшением.

— Извини, я подумал, что это, должно быть, Фред. Я не ожидал, что это будешь ты, иначе я бы оделся получше, — говорит он, отступая на шаг.

— Не думаю, что найдется женщина, которая пожаловалась бы на то, во что ты одет. Или «сезон серых спортивных штанов» здесь не в моде?

— В Кричащем Лесу нет сезона для серых спортивных штанов. Мы носим их круглый год.

Я прикусываю щеку изнутри, но это не мешает мне хихикать. Для человека, который, кажется, знает практически обо всем, он совершенно ничего не замечает.

— Серые спортивные штаны сейчас не в моде, Лерой. Это поговорка. Термин, который женщины используют, когда оценивают, как выглядит мужчина в серых спортивных штанах, из-за…

Я делаю круговое движение в сторону внушительного свертка, виднеющегося спереди на его штанах.

— В общих чертах.