— Поставь ногу на колышек, затем обхвати меня за талию и закинь другую ногу, как это делал я. С другой стороны есть колышек для твоей правой ноги.

«Обхвати его за талию». Обхвати за талию сексуального мужчину-змею, от страха перед которым я пришла в ужас… еще вчера днем. Возможно, все это нереально, и мне снится самый безумный сон в моей жизни.

— Я крепко держу мотоцикл, Кора. Все, что тебе нужно сделать, это убедиться, что твоя нога в безопасности, а затем использовать меня как рычаг. Все будет в порядке.

— Это не тот вызов, который ты хочешь бросить вселенной, когда я участвую в этом уравнении.

Его плечи поднимаются и опускаются в такт его смеху.

— У нас со вселенной все хорошо. Мы давным-давно помирились. Доверься нам обоим и садись на мотоцикл.

— Ты храбрый человек, — говорю я, ставя ботинок туда, куда он указал.

Я хватаюсь за его кожаную куртку и усаживаюсь на крошечный клочок кожи, который якобы служит мне сиденьем.

— И что теперь?

— Расслабься, обхвати меня руками и держись.

Даже когда он поворачивает голову в сторону, его лицо скрыто черным шлемом.

Я слышу его, и на этот раз в его голосе определенно звучит улыбка. И мне это нравится. Мне это очень нравится.

<p>Глава 5</p>

Кора

Лучшая. Вещь. Когда-либо.

Я не знаю, как долго мы были в движении. Сначала было несколько минут страха, но как только я привыкла к движению на поворотах и ощущению, что нахожусь на ветру, время перестало существовать.

Лерой велел мне обхватить его руками и держаться, что я и сделала. Сначала я боялась, что упаду с мотоцикла. Причина, по которой я продолжала обнимать его, не имела ничего общего со страхом.

Мне нравилось ощущать его сильное тепло, когда я крепко прижималась к его широкой спине. Однажды он снял одну руку с руля и накрыл ею мою, когда я сцепила их перед ним. Я думала, что это проявление нежности, пока он не поднял мои руки выше. Я и не подозревала, что они у него ниже пояса. Я подумала, что эта твердая выпуклость под моими руками — это закатанный край его пиджака. Хм, нет. Очевидно, я держала его за член. Неловко? Боже мой, да. Но еще… вау. Это была чертовски большая выпуклость.

Может быть, езда на зеленом монстре возбуждает зеленого монстра. Я бы не стала осуждать его за это. Сочетание урчания двигателя «Дукати» подо мной и того, что я раздвинула ноги и мои, крайне редко используемые, женские части тела были плотно прижаты к заднице Лероя, заставляло мое тело гудеть.

Неужели я подсознательно ласкала его промежность, потому что была возбуждена? Возможно. Придется ли мне сдерживать свое вновь пробудившееся желание, когда мы вернемся в мотель? Определенно. Я никогда не была большим любителем самоудовлетворения, но я также никогда не испытывала такой сильной потребности в разрядке.

Мотель появляется в поле зрения раньше, чем я успеваю подумать об окончании поездки. Я ослабляю хватку, когда он заезжает на стоянку, и кладу руки на его куртку, когда он паркуется у двери офиса.

— Пассажир заканчивает первым, — заглушая двигатель и поднимая забрало, говорит он.

— Как только я окажусь в своей комнате, — шепчу я, прикрываясь шлемом.

— Нужна какая-нибудь помощь? — спрашивает он, как только мы оба оказываемся на твердой земле.

О боже, он услышал меня. Я моргаю, широко раскрыв глаза и разинув рот.

— Ремень.

Он указывает на мои пальцы, которые неподвижно лежат у меня под подбородком.

— Нужна помощь?

— О! — воскликнула я.

Черт, мое лицо горит, как в бушующем аду. Он, должно быть, думает, что я сумасшедшая. Или идиотка. Вероятно, и то, и другое.

— Я, эм… Кажется, у меня получится.

Еще немного возни, и ремешок соскальзывает.

— Я разберусь с этим, — говорит он, осторожно снимая шлем с моей головы. — Давай я возьму главный ключ, чтобы ты могла попасть в свою комнату.

— Спасибо. И спасибо тебе за ветротерапию. Мне действительно понравилось. Я уже много лет не получала такого удовольствия от активного отдыха.

Когда Лерой смеется, мои щеки вспыхивают еще сильнее.

— Я же говорила, что редко выхожу из дома.

— Это не осуждение. Просто огромное желание участвовать в большем количестве мероприятий, которые тебе понравятся.

Он… флиртует? Мог ли это быть сексуальный подтекст? Нет, он просто дружелюбен. Таким же дружелюбным парнем он был до того, как мой клитор проснулся после многолетнего сна и решил наполнить мой мозг мыслями о сексе. Секс с ним.

— Теперь, когда ты чувствуешь себя более расслабленной, могу я убедить тебя попробовать мою другую идею?

Ту, что с монстрами, во множественном числе. Я уже чувствую, как напряжение возвращается, просто при мысли о другой встрече, например, в кафе. После всего, что он для меня сделал, я должна, по крайней мере, выслушать его.

— Что у тебя на уме?

— По вторникам вечером мы собираемся в парке на товарищескую игру в мини-футбол.

— Ты хочешь, чтобы я поиграла в футбол с монстрами?

— Нет, не играть, — говорит он, даже не пытаясь скрыть своего веселья.

Да и не стоит… смех ему идет.

— Я хочу, чтобы ты была самой красивой зрительницей, на глазах у которой мы когда-либо имели удовольствие обниматься.

— Ох.