Читаем Венок усадьбам полностью

В соседней зале кусковского дома сохранились две другие галереи портретов, в настоящее время перепутанные между собой. Одна из них, представляющая русских царей и императоров, назначена была подчеркнуть верноподданнические чувства владельца усадьбы, другая галерея — выдающихся современников, вельмож и государственных деятелей — льстила тщеславию их владельца и указывала — toutes proportions Cardees* (* здесь: сохраняя всю иерархию (франц.).) — подобно блюду с визитными карточками в прихожей буржуазного дома — на видное общественное положение графа Шереметева.

Галереи царских портретов, конечно только дома Романовых, были во многих усадьбах. Ими подчеркивались пиетет и связи того или иного рода с династией. Были такие серии портретов в Райке у Глебовых, в Очкине Судиенко, в Архангельском Юсуповых, в Андреевском Воронцовых, в Остафьеве, [Ляличах] и во многих других русских усадьбах. Ретроспективные портреты царей Михаила, Алексея, Федора, в парадных одеяниях, удивительно похожие друг на друга “парсуны”, дополнялись копиями с наиболее известных, официально апробированных изображений Петра, Екатерины I, Петра II, Анны, Елисаветы, Петра III, Екатерины, Павла, Марии Федоровны, иногда со включением и нецарствовавших особ императорского дома. Подобно тому как Антропов в 1772 году исполнил такую заказную серию изображений, теперь рассеянную по разным музеям и собраниям, какому-то, может быть “своему”, мастеру было поручено скопировать аналогичную серию для кусковской усадьбы, серию, некогда развешанную по стенам специально для того отстроенного, теперь не существующего павильона.

Архивные документы проливают известный свет на методы изготовления портретов для другой галереи современников, где нашлись любопытные изображения царского денщика Татищева[91] работы Таннауэра и "первого русского солдата" Бухвостова.[92] По поручению графа контора просила у владельцев портрет того или иного лица, который и копировался силами своих живописцев в пределах заранее данных размеров. Портреты предназначались ведь для украшения стен, и поэтому единообразие формата являлось здесь обязательным. Впрочем, не всегда поступали подобным образом. Нередко живописный портрет исполнялся для кусковской галереи с гравюры — неумелый мастер применял грубую "отсебятину" в красках и даже переносил в живопись обрамления и надписи эстампа. Таким образом были исполнены находящиеся в Кускове портреты кн. А.Д. Меншикова, солдата Бухвостова и, возможно, даже самого фельдмаршала. Тип подобной галереи современников реже встречается в усадьбах, чем сюжеты царских портретов. Только в Ольгове, как уже указывалось выше, встречается подобное собрание, да подобное же, во много десятков холстов, было в салтыковской, позднее царской Славянке, под Петербургом, откуда большинство портретов попало после революции в Гатчинский дворец. Именами художников и мастерством живописи эта галерея не блещет — только одна работа, портрет царского денщика Татищева, принадлежит кисти художника начала XVIII века Таннауэра, верно, лично известного фельдмаршалу ‹и› представлен‹ого› в Кускове еще портретом Петра I.