И сказал Атай Улан Хирмасу:“Иду я потому войною,что ты мне начал строить козни:моих двух баторов побил ты,трех сыновей моих сгубил ты,туманных тэнгри распылил ты,морозных тэнгри растопил ты,а сумрачных всех подавил ты!”Хан Хирмас сказал Атай Улану:“Зачем о баторах печешься ты?Ведь батор должен жизнью рисковать,и кости скакуна — всегда за ним,а кости самого перед конем.Зачем тоскуешь ты о сыновьях?Ведь в Среднем замби все они теперьв благословенной местности Шарайд,как ханы шараблинские, живут.Зачем о младших тэнгри говоришь?Морозных три и сумеречных трис туманными и мокрыми тремявсе в Среднем замби нынче собрались:сошли и место там нашли себе, —так, видимо, угодно их судьбе”.“Мне все равно, что ты мне скажешь!Мне все равно с тобой сражаться!” —так Атай Улан в сердцах воскликнули коня он расседлал, доспехиснял и приготовился для схватки.Хаи Хирмас последовал примерунедруга, — и смертный бой двух тэнгри,двух великих властелинов неба,стал, как оказалось, неминуем.Тут и сыновья Саган Хирмоса[35]в рукопашную вступили схватку.Если бы навьючить на верблюдасилу их, то два походных вьюкабыли бы тогда равны по весу;если б на коня навьючить — тожебыли бы равновелики вьюки.Конь, принадлежащий Хан Хирмасу,биться стал с конем Атай Улана,и, как их хозяева, те конитоже оказались равносильны.Так три дня тянулась эта схватка —никому не вышло перевеса,отдохнуть противники решились,разойтись поесть договорились.За едою Хаи Хирмас надумалзаглянуть в святую Книгу Судебчтоб узнать, где укрывает душубрат его, неодолимый в схватке,чтоб понять, как можно силой пальцевпобедить ему Атай Улана.Вычитал он вскоре в Книге Судеб,что душа Атай Улана скрытав глубине ступни ее владельца —под плюсной, вблизи большого пальца.Бэлигтэ призвав, поведал сыну:“Пойдешь со мной туда, где бой ведем.Я подхвачу Атай Улана так,чтоб от земли ступни он оторвал,а ты возьмешь копье хара зорхони постараешься проткнуть плюсну.Посмотрим, там ли у него душа?” —так сказавши, тэнгри возвратилсявновь туда, где прежде с братом бился.