Читаем Великая иллюзия полностью

– Ее дети-школьники, я так поняла. Мадам Регина сама накрыла чай в саду. Хотела, чтобы я это сделала, но я мыла туалет, и она только заглянула и махнула рукой – работай. – Карла облизнула тонкие губы. – Я на коленках там ползала. А они пили в саду чай с детьми. Недолго. Через час ее барристер уехала. Дети так шумели, что у мадам Регины заболела голова. Она искала в вазе на кухне свои таблетки.

– Сколько времени вы работали у нее?

– Четыре года.

– Вы знали ее покойного сына?

– Я его видела. – Карла кивнула. – Молодой, очень красивый, вежливый. Он за город крайне редко приезжал. Он жил на Старом Арбате в другом ее доме. Мадам Регина хотела, чтобы я и там тоже убиралась время от времени.

– Где это на Старом Арбате? Адрес?

– Надо в переулок. Я не знаю русский адрес. Надо свернуть в переулок с Арбата за памятником. Большой голубой дом. Особняк. Но я там была всего один раз два года назад. Невеста сына хозяйки сказала, чтобы я больше к ним не ходила, что они не нуждаются в моих услугах. Выгнала меня.

– Выгнала вас? За что?

– Она по-английски кричала, что я подлая шпионка… что мадам Регина меня послала следить за ними.

– А хозяйка действительно просила вас шпионить за сыном и его невестой? – удивилась Катя.

– Нет, что вы. Мадам Регина совсем не знала английского, мы объяснялись с ней с трудом, хотя насчет уборки я все понимала и делала, как она хотела и показывала. А рассказать ей что-то о том доме на Арбате и ее сыне, о них, молодых, я бы все равно не сумела. Хозяйка меня бы не поняла, даже с переводчиком google. – Карла вымученно улыбнулась. – Я не шпион.

– Значит, сюда, на дачу, сын вашей хозяйки приезжал редко, а его невеста?

– При мне – никогда. А потом сын хозяйки ушел в мир иной. А она сильно заболела надолго. Она лежала в больнице. Была очень слабая.

– Кто ее забирал из больницы? Вы?

– Нет, я думаю, кто-то из ее кузин. – Карла помолчала. – Они сюда приезжали – всегда порознь, никогда вместе.

– И ваша хозяйка их тоже поила чаем в саду?

– Утром она сама завтракала там, пока солнце еще не пекло. Я в доме пылесосила, всю мебель сдвинула, кухню мыла, поэтому она ушла в сад. Она часто в жару сидела в тени деревьев у воды, мобильный листала, медитировала. Потом, когда кузина уехала, а я переодевалась, чтобы вернуться в Москву, закончив работу, мадам Регина указала мне на телевизор – шла передача о животных. Гиены и стервятники кого-то пожирали… Падальщики терзали чей-то труп… Она указала мне на них. Я поняла, что… это относится к ее родственникам.

Падальщики… Гиены и стервятники…

Катя вспомнила, как соседка говорила им о том, что Регина Гришина назвала окружавших ее людей шакалами…

Что же стало причиной ее смерти, так напугавшей свидетеля и столь встревожившей опытного эксперта-криминалиста?

Гектор кашлянул за ее спиной. Она оглянулась – он поднял брови: sos, не врубаюсь, что к чему. Катя быстро перевела ему все дословно.

– Кто-то еще ее навещал при вас? – спросила она Карлу.

– Нет, больше никто.

– А у вас с хозяйкой возникали конфликты?

– Нет. Я очень старалась. Она мне платила аккуратно и порой даже давала сверх – бонус. Я очень дорожила этим местом. Пусть и дом большой, и работы много, но стабильность и доход. А теперь я его лишилась.

– У вашей хозяйки имелись домашние питомцы, и они часто умирали, как мы выяснили. А почему? Вам что-то об этом известно?

Карла пожала плечами. Выражение ее лица внезапно изменилось.

– Они погибали. Не приживались. Мне ничего не известно. Приезжаю к ней – у нее новая птица в клетке. А в следующий раз ее уже нет. Сдохла. Потом приезжаю – еще одна, новый попугай. В среду, когда я была у нее, она…

– Что, Карла? Что произошло в среду?

– Она за ноутбуком искала по сайтам, как купить себе ворона.

– Но вы же не читаете по-русски.

– Я думала, она работает за ноутбуком. Когда работает, там всегда таблицы, графики, биржа. А заглянула ей через плечо – на экране картинки. Птицы на продажу. Она хотела купить себе ворона.

Пауза.

Гектор снова кашлянул. И Катя опять ему перевела все дословно. Он поднял брови.

– То, что животные погибали… – Карла подбирала в своем ученическом английском слова осторожно, словно взвешивая. – Может, дом влиял так на них.

– Как это понимать – дом влиял? – спросила Катя.

– Обстановка. Аура.

– Если вы, Карла, намекаете на привидения, то вы не правы, коттедж новый, ему не больше десяти лет, современный. Вряд ли он успел стать пристанищем для злых духов.

– Разве вы не видели, что внутри? – спросила Карла. – Как вы могли этого не заметить?

– Мы пока не заходили внутрь. А что там такое?

– Все эти фотографии… – Карла помолчала. – Я старалась на них особо не смотреть. Потому что… я не знаю, у меня становилось как-то неспокойно на душе сразу.

– А что не так с фотографиями? Объясните.

– Вы их сами увидите в доме. Я не могу словами выразить. Сказала бы на родном языке. Но вы не поймете. Они там все на фото так смотрят… Когда мне надо было протирать на них пыль, я просто брала рамки и укладывала их изображением вниз. А мадам Регина потом расставляла фотографии сама. И еще вот что…

– Что?