Читаем Век-волкодав полностью

— Может, и не бред, товарищ Тулак. Когда я только учил русский язык, мне казалось, что дхары — такой точно народ, как наши соседи-зыряне, как татары, удмурты. Не переваренный имперской утробой огрызок древней цивилизации. В меру моих скромных сил я пытался сохранить то, что еще уцелело: язык, традиции, наши древние святыни. Потом большевики… Я им, знаете, поверил. Ваш нынешний начальник в бытность свою наркомом по делам национальностей, лично меня обнадежил, дал добро на издание дхарских учебников. А теперь я начинаю понимать, что империя, как бы она себя не именовала, относится к моему народу как-то очень несправедливо. Меня, студента, сослали в Сибирь за язычество. Тоже, если подумать, бред, и преизрядный. Но вдруг это не бред, а политика? Самое невероятно, что наши старики, потомки жрецов-дхармэ, считают, что так и должно быть. Мосхоты, русские — обычные люди, сотворенные из праха, а мы, дхары, выходцы из Лхамэ, Вечного Света. Между нами не может быть мира. Рискну употребить смелое сравнение: мы, дхары, живем на планете обезьян.

Семен едва не подавился чаем. Родион Геннадьевич рассмеялся:

— Ну как таких гордецов терпеть? Отменить — и вся недолга. Если же серьезно, то подобные представления — не редкость. Вы бы знали, как относятся к своим соседям эскимосы! Себя величают «иннуиты», то есть, люди, все же прочие, как вы можете догадаться, нечто совсем другое. А чукчи считают, что русские произошли от стаи взбесивших ездовых собак…

— Товарищ Соломатин! — отчаянно воззвал поручик, отставляя чашку. — Так ведь и захлебнуться можно! Обезьян вы лучше вообще не поминайте, была у нас история в Техгруппе, до сих пор забыть не могу… Уверен, нет никакой особой политики. Заставь дурака богу молиться, он лоб расшибет. Только обычный дурак себя калечит, а если его начальником сделают… Вы, главное, не сдавайтесь.

Ученый пожал широкими плечами:

— Я, товарищ Тулак, и не думаю сдаваться. Меня сам Победоносцев, не к ночи будь помянут, каяться не заставил. Но что мы все обо мне? Вы-то как? На службе не обижают?

Бывший ротный дернул щекой.

— Меня тоже, знаете, обидеть трудно. Хорошо служится! А сейчас вообще такое дело образовалось…

Вскочил, заправил в карман непослушную правую руку.

— Хотел бы рассказать, очень хотел, да не могу… Родион Геннадьевич, помните свет над Шушмором? Вы сказали, что это и есть настоящее Небо, истинное. Вам виднее, я не знаток. Но я запомнил этот свет, он был какой-то особый, не такой как солнечный…

Нужные слова никак не находились. Семен щелкнул пальцами.

— Живой… Да живой… Но не природный, а словно кем-то созданный, сотворенный.

— Видели что-то подобное? — спокойно поинтересовался Соломатин.

— Так точно! Два часа назад! — поручик резко взмахнул рукой, улыбнулся виновато. — Не моя тайна… В общем, предмет, изделие, дело рук…

— …Человеческих?

Слово прозвучало негромко, но Семен невольно вздрогнул.

— Н-не знаю. Нет! В смысле, да. Наверное, человеческих, чьих же еще?

Осекся, присел на стул, отхлебнул остывший чай.

— По краю ходите, Семен Петрович, — спокойно констатировал ученый. — Ох, по краю!

Поручик резко обернулся:

— Вы тоже!

Родион Геннадьевич отставил пустую чашку, неторопливо встал.

— Надеюсь, все же нет. Вы, товарищ Тулак, в свои делах секретных осторожней будьте, под ноги не забывайте смотреть, ибо камешки склизкие попадаются. Ну, не мне вас учить. Мои же заботы невинные, сугубо научные. Кстати, вы правы, сдаваться не следует. Не все так однозначно. Помните, у меня рукопись украли? Прошлой осенью?

Бывший ротный на миг задумался.

— Которая по школам? Вы еще тогда предположили, что украсть хотели другую, по дхарской мифологии? Помню! Неужели нашли?

— Нашли, хоть и не в полном виде, — ученый усмехнулся. — Граждане беспризорники пустили несколько страниц на раскурку. Ее бросили на соседней улице, такое впечатление, что вор показал текст кому-то, знающему язык… А недавно меня пригласили в наркомат, в научный отдел. Не ждал, честно говоря, ничего хорошего, но некий чиновный товарищ совершенно неожиданно предложил мне подписать договор на книгу, обещал хороший аванс и издание, само собой, за счет государства.

— Давайте догадаюсь, — поручик ударил костяшками пальцев по столу. — Рукопись школьному делу злодеям не понадобилась, и вам предложили издать книгу по… По дхарской мифологии?

Соломатин молча кивнул.

— Не понимаю! — честно признался поручик. — Допустим, это ОГПУ или даже иностранная разведка…

— Свят, свят, свят! — с самым серьезным видом перекрестился ученый. — Семен Петрович, грешно так шутить!

— Не шучу я, не шучу… Но зачем? Шушмор — это не только старые камни, но и источник невероятной энергии. Но фольклорные записи? Там же ничего такого нет!..

Родион Геннадьевич покачал головой: