Читаем Век бурь и волков полностью

Чудовище отворило карикатурную получеловеческую пасть и издало оглушительный, низко звучащий рык, словно растрескался и лопнул материковый лед Арктики. Этот ‒ то ли треск, то ли протяжный гром рассек воды залива могучим потоком инея и дохнул обжигающим холодом в лица людей. Волна ужаса, вызванного этим звуком, захлестнула матросов, часть из них упали на колени, затыкая уши, но в тот же миг поверх их голов раздался сухой стук эрликонов. Берег внезапно порос кустами разрывов зенитных снарядов, засыпающих залив осколками льда и железа. Чудовище двигалось молниеносно и каким-то чудом оставалось невредимым.

‒ Промах! ‒ вскричал Райнхардт. ‒ На ста пятидесяти метрах, это позор! Поправить прицел!

Гигант съежился и на удивление быстро пустился в бег между скалами, в то время как вокруг него разрывались зенитные снаряды. Лед и камни взлетали в воздух у него из-под ног и за его ссутулившейся спиной, но невозможно было понять: причинило ли это ему хоть какой-нибудь ущерб. Литцман также пустил в догонку великану струи пуль из своих визгливых пулеметов, но без какого-либо эффекта. Канониры, разворачивая эрликоны, вращали рукоятки приводов с сумасшедшей скоростью. Раскаленные гильзы сыпались в воду.

Великан показался снова, держа над головой кусок льда величиной с трактор. Замахнулся им.

‒ Внимание! ‒ вскричал Райнхардт. ‒ Лево руля! Полный назад!

‒ Совсем как Полифем, ‒ попытался сострить второй офицер.

Глыба льда с шумом пролетела над палубой и рухнула метрах в десяти от борта, подняв в воздух столб воды и раскрошенного льда. Корабль покачнулся, большой кусок льда раскололся о рубку, опрокинув артиллеристов. Наводчик втянул голову в плечи, повернул рукоятки приводов орудия, после чего надавил ногой на педаль спускового механизма. Стволы носового орудия выплюнули поток огня, цель утонула в дыму, фонтанах осколков и обратившегося в пыль снега. Град осколков посыпался на залив и субмарину. Когда все стихло и Райнхардт выглянул из-за ограждения рубки, все вокруг ‒ берег и скалы, было забрызгано окрашенным в красный цвет снегом, грудами кристалликов, напоминающими малиновое мороженое, которые только теперь стали таять и потекли как кровь.

Над заливом разнесся победный крик.

‒ Вот это другое дело. Артиллерии оставаться на местах. Понтон и двух человек в десант, ‒ крикнул Райнхардт. ‒ Боцман, выдать три автомата. Герр Вихтельман, прошу быть готовым принять нас на палубу в любую минуту. И пусть кто-ниудь разбудит доктора.

‒ Один матрос ранен! ‒ раздался крик от носовой орудийной башенки.

‒ Что случилось?

‒ Это Френссен, герр оберлейтенант. Швырнуло на люк артиллерийского погреба. Без сознания, но вроде живой. Голову ему разбило.

‒ Вниз его, пусть доктор перевяжет.

‒ Может, не следует вам идти, ‒ отозвался Вихтельман. ‒ Неблагоразумно, чтобы командир шел в разведку. Пойду я с боцманом и…

‒ Нет, герр второй офицер. Мне трудно это объяснить, но хочется хоть раз сделать что-то человеческое. Понимаете? Не расстрелять потерпевшего кораблекрушение, не сжечь беззащитный катер, не повесить пленных ‒ всего лишь поступить по-людски. Например, отозваться на чей-то зов о помощи. Не для того, чтобы беднягу тотчас ограбить, избить или отправить в лагерь и изготовить из него там мыло. Я хочу сделать что-нибудь как человек, хоть раз в жизни, вы понимаете? Меня преследует мысль, что меня втягивают в какую-то бесчестную игру.

Райнхардт застегнул пояс с капитанским пистолетом, повесил автомат через плечо и, вдобавок, захватил подсумок с пятью магазинами.

Внезапно над скалами вновь раздались отчаянный стон и крики: 'Люди, помогите! На помощь!'.

Земля слегка вздрогнула и через залив пробежали волны.

‒ Идем. Боцман, захватите также веревку и гранаты. Кто еще с нами?

‒ Фангхорст, господин первый офицер.

Осторожно взбирались между скалами, увязая в снегу, ссутулившиеся и неуверенные, словно отвыкшие от неподвижной поверхности под ногами. Райнхардт задыхался. Достигнув вершины обрыва, он перекинул МП за спину.

‒ Откуда доносятся эти крики?

‒ Там. Под той скальной стеной, видите?

Перед ними возвышалась мрачная стена с неглубокой пещерой. Крик доносился оттуда.

Райнхардт снял автомат с предохранителя и перевесил его поперек груди.

‒ Там что-то движется. Я и боцман заходим с двух сторон, а ты, Фангхорст, в арьергарде. Без команды не стрелять.

‒ Что-то оттуда вытекает, видите? Из-под того скального навеса. Парит и земля выглядит там словно опаленная.

Подошли к пещере с двух сторон, прижимаясь к стене. Райнхордт присел на одно колено и осторожно заглянул под навес ‒ как раз в тот миг, когда оттуда раздался оглушительный крик. Скривясь, он немедленно подался назад, а затем заглянул еще раз. Из пещеры вытекала струя дымящейся, резко пахнущей жидкости. Казалось, даже камни кипят и испаряются при соприкосновении с этой жидкой субстанцией.