Читаем Ведьмин долг полностью

По привычке перепрыгивая ступени, я несколько раз чуть не упала, но кое-как смогла подняться на шестой этаж. Однако, когда дверной замок начал двоиться и расплываться разные стороны, не давая вставить ключ, я решила позвонить в дверь, надеясь, что родители вернулись с работы. И мне повезло. Открыла мама, и она явно заметила моё состояние. Мама помогла мне снять портфель и ветровку, после чего усадила на диван и дала крепкого чаю с сахаром.

– Ты приболела, мотылёк?

– Будто все силы выкачали, – хрипло ответила я и прикрыла глаза, грея руки об горячую чашку.

– Ты слишком много на себя берёшь. Нужно ведь отдыхать хоть иногда, – заботливо убирая со лба мои волосы, молвила мама. – Не ходи завтра в школу. Все нужные темы ты уже прошла, можно дальше самостоятельно готовиться.

– Я не могу, я обещала прийти и принести маркеры для создания стенгазеты, – со стоном выдавила из себя я, хватаясь одной рукой за голову, будто это сможет остановить мигрень.

– Тогда ложись спать пораньше. Я напишу записку, чтобы у тебя не спрашивали домашнее задание, – сказала мама, чмокнула меня в лоб и ушла выполнять выше сказанное. Я, в свою очередь, допила чай, приняла душ и легла спать.

Правильно говорят, что дома стены лечат, а мой отец всегда к этому добавляет, что здоровый сон закрепляет результат. Я проснулась бодрая и почти весёлая: настроение омрачали воспоминания о вчерашних событиях и осознание того, что нужно быстро собираться и идти в школу. Да ещё и первым уроком был тот, на который идти не хотелось совсем, причём не из-за самого предмета.

– Чего такая хмурая? – ворчливо поинтересовался за завтраком отец, почти полностью погружённый в свой смартфон.

– Да так, – максимально склонившись над тарелкой и спрятавшись за волосами, буркнула я, будто мне всё равно. На самом же деле мне просто не хотелось говорить о причине своего недовольства, т. к. это бесполезно, и мне не помогут.

– Ну-ка рассказывай: не обижают ли тебя одноклассники? – с неким осознанием в голосе протянула мама.

– Мы в своё время всё сами решали и ничего, как-то стали людьми, – вставил отец, презрительно фыркая.

– Особенно ты, – недовольно хмыкнула мать ему в ответ. Я мысленно закатила глаза.

– Что-что?

– Так что? Не обижает ли кто? – проигнорировав мужа, повторила вопрос мама.

– Просто учительница по предмету, который никто не сдаёт, решила нас всякими громоздкими заданиями загрузить, – покусывая губы, призналась я. – А мы итак к ЕГЭ еле успеваем готовиться, а тут ещё она со своей ерундой…

– Раз даёт задания, значит, надо их делать, – резко убирая смартфон, грозно начал отец. – Посмотрите на них: малолетки смеют осуждать учителя за выполнение его обязанностей! Ещё и сами ничего делать не хотят! Что за предмет, быстро сказала!

– ОБЖ… – скрипнув зубами, выдавила я. Под столом медленно сжимались и разжимались мои кулаки.

– Чтоб сегодня же передо мной лежало выполненное домашнее задание по ОБЖ, и если мне что-то не понравится, ты у меня его десять раз переписывать будешь, поняла?! – крайне повысив голос, ругался отец. Его лицо исказила гневная гримаса, но мне больше хотелось не спрятаться от неё, а плюнуть.

– До вечера, – делано равнодушно кинула я, показательно закатывая глаза, чтоб не думал, что можно так надо мною издеваться. Кому-то это покажется наглым, но я к нему на работу не нанималась, чтоб он мной помыкал, как будто я у него не иначе как миллион украла.

Закинув на плечо рюкзак, прыгнула в кроссовки, схватила с полки ключи и под непрекращающийся ор отца выбежала из квартиры.

Наша школа была старой и, в какой-то степени, жуткой. Но для меня это скорее было плюсом: забавно было иногда представлять, что я сижу и мучусь не над уроками, а над планом побега из замка с привидениями или чудовищами. Не то чтобы не нравились фильмы ужасов, больше привлекало фэнтези и истории, основанные на старинных сказках с мрачным подтекстом. Всё-таки раньше сказки создавались не для развлечения, а для поучения. «Не ходи, сынок, в лес, там водится нечисть», – а на деле там водились жестокие разбойники, которые были не прочь продать очередного ребёнка в рабство или просто убить.

В общем, в школе я могла легко погрузиться в свои мысли и не обращать внимание на не очень-то приятную обстановку в виде вечно орущих и толкающихся детей и подростков, из-за чего я, наверное, и не заметила самого главного, точнее, не придала тому значения. Вячеслав учился в той же гимназии, что и я, но его не было видно, хотя я несколько раз проходила мимо его класса. Впрочем, мне было глубоко плевать на этого недочеловека вплоть до того момента, пока он не начинал доставать меня и моих друзей, знакомых. Однако его родителям, как и сотруднику полиции, очень даже было до него дело.